Пророк спросил, где были найдены остальные тела погибших в поезде. Ответ гласил: либо внутри поезда, либо в пределах одной мили ниже по течению. Тело Адриана увлекло течением значительно дальше и отнесло в боковой залив. Именно потому его не могли обнаружить так долго. Может ли кайр объяснить, почему труп Адриана повел себя иначе, чем остальные? Возможны два объяснения: либо тело покойного проплыло часть расстояния на деревянном обломке вагона, либо при падении в воду владыка был еще жив и барахтался из последних сил, а только позже утонул.
— В таком случае, кайр, не скажете ли, почему владыка не выплыл на берег, а до самой смерти греб вниз по течению?
— Не имею понятия, господин советник. Я докладываю, что видел, и не строю догадок.
— Вероятно, существовала причина, мешающая владыке выйти на берег? Например, некая опасность ждала его на берегу и вынуждала плыть дальше?
— Если была опасность, мне о ней ничего не известно. Я проводил допрос свидетелей из числа рыбаков, они не докладывали ни о какой опасности на берегу. Господин советник, мне кажется более вероятной первая версия: труп зацепился за обломок древесины и потому уплыл далеко. Сомневаюсь, что после искрового удара владыка не только выжил, а еще и сумел проплыть целую милю в ледяной воде.
Тогда Франциск-Илиан спросил:
— Кайр, вы получали приказы лично от герцога Ориджина?
— Так точно.
— Повторите-ка ваш приказ дословно.
— Это не относится к делу! — вмешался Ворон.
— Не вижу препятствий для ответа, — благосклонно кивнул Лид. — Герцог Ориджин велел мне провести тщательное расследование, найти тело владыки Адриана и с предельной точностью выяснить обстоятельства его смерти.
— Приказывал ли герцог скрыть что-либо от этого суда?
— Никак нет. Я убежден, что милорд не мог отдать столь противозаконного приказа.
— Можете поручиться в этом?
— Клянусь Светлой Агатой!
Пророк удовлетворился и позволил вызвать следующего свидетеля. Им был личный лекарь владыки Адриана. Он принес с собой большой рисунок скелета, на коем и показал лордам Палаты решающие признаки опознания: два зуба владыки, заключенные в коронки, и дефект левой берцовой кости, оставшийся после неудачного учебного поединка. Лекарь сообщил, что, к великому сожалению, черты лица покойного были слишком повреждены и исключали опознание. Но рост, цвет волос, размер бородки, форма ладоней, длина пальцев совпадали с его величеством. А зубы и берцовая кость устраняли последние сомнения.
За эти слова зацепился Франциск-Илиан:
— Стало быть, лекарь, вы не имеете абсолютно никаких сомнений, что осмотренный вами труп принадлежал владыке?
— Ваше величество, — изрек лекарь, — в медицинском деле крохотная доля сомнений всегда остается. Лишь богам и Праотцам все известно достоверно.
— Выходит, вы не уверены, что тело принадлежало владыке?
— Все приметы полностью совпадали с его величеством.
— Экая любопытная логика. Выходит, если ваши приметы полностью совпадут с чьими-нибудь, — то вы и есть он? Что сказали бы братья-близнецы о вашей теории?
Лекарь насупился.
— Ваше величество, у владыки Адриана не было брата-близнеца.
— Однако его приметы могли подойти кому-то еще?
— Не думаю, что такое возможно.
— Вы готовы принести клятву?
— В чем, ваше величество?
— Что осмотренный вами труп принадлежал владыке Адриану.
— Я готов поклясться, что его приметы идеально подходили именно владыке, и никому другому.
— Поклянитесь.
— Клянусь именем Янмэй Милосердной.
— Благодарю вас.
Стоит отметить: Менсон как будто потерял всякий интерес к происходящему. Пока пророк вел допрос свидетелей, он откровенно скучал. Пожевывал бородку, разглядывал немногих барышень, имеющихся в зале, перебирал бумаги своего советника. Из какого-то документа попытался сделать розочку: долго трудился, но вышел не цветок, а в лучшем случае жаба.
На свидетельскую скамью тем временем вызвали агента Рыжего. Он использовал все тот же рисунок скелета и рассказал, как провел осмотр тела на предмет причины смерти. Рыжий радовался вниманию и обилию слушателей, и не жалел слов, описывая степень разложения и разрушения тела. Эрвин всерьез забеспокоился о Мими. Кажется, она держалась молодцом, но Эрвин все же решил не испытывать прочность нервов владычицы и сказал громко:
— Свидетель, мы поняли, что тело серьезно пострадало. Довольно жутких подробностей, скажите главное: от чего умер Адриан?
Рыжий споткнулся посреди речи и обратил к герцогу смущенный взгляд:
— Ваша светлость, я не могу…
— Это почему же?
— Тело подверглось большому разрушению, и причину смерти нельзя установить точно… У трупов погибших от искрового удара наблюдается сердечный спазм. Но в теле владыки сердечная мышца размягчена гниением, и невозможно понять… Затем, утопленники имеют воду в легких. Но у этого покойника рыбы проели шею и гортань, так что вода могла просто затечь через отверстие… Наконец, затылочная кость черепа повреждена ударом, значение которого тоже сложно определить…
От последних слов все в зале притихли. Судья Кантор выразил общее удивление:
— Свидетель, о каком ударе идет речь?
