Он не стал спорить и двинулся вперёд, прошёл мимо нуны и спустился на землю.
— Рури, ты умеешь летать!
Сюаньму приподнял голову и взглянул на Сыхуа, который с интересом наблюдал за ним и смеялся. Он не пытался сбежать или продолжить сражение, а лишь разглядывал их всех, словно играл с куклами: подвигал их и теперь размышлял, какое испытание для них придумать.
Он ещё оскалился и сделал шаг к Сюаньму.
— Давай, дракончик, останови нам дождь.
Молния сверкнула, покрывая небо паутиной вспышек, и Сюаньму взмыл ввысь. Лапы сами оторвались от земли, а он, изгибая тело подобно змее, поднялся к небесам. Глаза не приходилось щурить — дождь совсем не мешал; наоборот, промокший, на свободе Сюаньму ощутил прилив силы.
Теперь свечение исходило от него самого, однако золотое. Дракон несколько раз нарисовал своим телом знак бесконечности и сложился в клубок, на миг становясь маленьким солнцем. Свет от его туловища разошёлся во все стороны и прогнал тучи, оставив чистое чёрное небо, покрытое звёздами. В центре сиял огромный лунный диск, а на землю опустился уже не золотой, а синий дракон.
— Я сделал, нуна, — Сюаньму хотел поднести это подбадривающе и встать рядом с ней, однако исчерпал слишком много силы.
Он не удержался на лапах и упал на землю.
— Рури!
— Не беспокойся.
В противоположной стороне раздалось несколько хлопков, Сюаньму приподнял голову и увидел, как Сыхуа держал руки на уровне груди.
— Молодец, дракончик.
Не из его уст Сюаньму хотел слышать эти слова.
Не только его они разозлили, но и нуну, которая пробежала несколько шагов навстречу их общему врагу, теперь огоньки могли свободно следовать за ней. Гохэем она нарисовала в воздухе крест, который материализовался в виде света и с бешеной скоростью устремился к Сыхуа. Тот отскочил, но с другой стороны уже стоял генерал Ю с мечом наготове.
Сюаньму заставил себя подняться и, шатаясь, подошёл к остальным. Чтобы не тащить за собой тяжёлое тело, он вновь уменьшился в размере.
— Тц, — Сыхуа цокнул языком и отошёл назад, как его одежду поджёг огонёк нуны.
— Сдавайся, — генерал Ю сделал выпад, заставив врага отступить к Сюаньму, который юркнул к тому под ноги.
Сыхуа споткнулся и полетел на землю, не удержав равновесие. Нуна подоспела и несколько раз махнула гохэем вокруг Нам Сокчона — его тело сковали ленты света, однако он даже не пытался раскаяться в своих злодеяниях. Сыхуа смеялся.
Нуна переложила гохэй в левую руку, а правую резко вонзила в его живот. Её острые когти с лёгкостью прорезали человеческую плоть, тот на миг вскрикнул, но затем вернулась его безумная улыбка.
— Нуна, не убивай! — Сюаньму пролетел к ней, но остановился, увидев, что она держала на своей окровавленной ладони.
Осколок ветви лансяня*. От тела Нам Сокчона больше не исходила тёмная энергия, она сконцентрировалась в этом маленьком металлическом крючке. Раненый мужчина закашлялся и пришёл в себя, он испуганно огляделся по сторонам и только успел выдать:
— Где…
* Лансянь (кит. 狼筅, «волчья метла») — холодное древковое оружие.
Как генерал Ю приставил лезвие меча к его горлу.
— Выкладывай всё, что знаешь, начни с имени.
— Н-Нань Шичжун*, — всё его тело дрожало от страха. — Я-я простой нищий, который решил испытать удачу в Хунсюе, но напоролся н-на какое-то железное дерево, и дальше всё в тумане.
* Произношение имени Нам Сокчон, свойственное Цзяожи и Хунсюю.
Почему-то оставленная когтями нуны рана на его теле не кровоточила. Возможно, сила гохэя не позволила ей разойтись.
Сюаньму видел, как нуна кипела от ярости и горела желанием вмешаться, однако генерал бросил на неё сердитый взгляд. Он смотрел на неё не как жених на невесту, а как шифу Сюаньму посматривал на шаловливых детей, шумевших во время медитаций и занятий.
— Сколько людей ты убил?
— Я… я… я…
— Ты убивал до того, как тобой овладел лансянь Сыхуа?
Сюаньму удивился, что генерал был знаком с этим оружием, однако тот побывал во множестве сражений, так что ничего такого в этом не было. Сам Сюаньму никогда не видел его воочию, лишь среди рисунков в книгах, которые шифу задавал читать.
— Я…
— Посмеешь соврать — умрёшь.
— А за правду как будто не станете убивать, — вдруг осмелев, выдавил он из последних сил и прищурился, когда меч генерала коснулся его горла, но не порезал.
— На Нагёпто тебя отправили, — фыркнула нуна, пусть и недовольная этим решением, но судя по интонации уже смирившаяся с ним. — Там и доживай свои дни.
Нам Сокчон или Нань Шичжун сглотнул, продолжая дрожать от одного вида меча.
— Убивал, — наконец, выдал он.
— Расчленял женщин, использовал цветы при убийствах?
— Э-это не я, это он!
— Кого убивал ты?
— М-мы просто грабили торговцев, иногда случайно убивали…
Нуна стояла поодаль и бродила из стороны в сторону, но на этих словах не выдержала и переспросила:
— Случайно?!