Каса-обакэ каким-то образом чувствовали воду и тянулись к ней. Хотя Кохаку не помнила их купающимися на горных горячих источниках Чигусы, но вокруг на камнях они часто скакали и просто отдыхали. Дзадза, в свою очередь, со всей силы закачался в руках нуны и выскользнул из них, с постукиванием запрыгал в сторону бочки. Напрягся, оторвался от земли и в следующее мгновение уже оказался на бортике, где буквально сложился пополам и свесил свою красную макушку вниз.
— Не утони, — рассмеялась Кохаку и услышала, как служанка закрыла дверь в комнату.
Как было бы удобно превратиться в лису и сбросить с себя всю одежду, а не снимать каждую её часть, прилипшую к коже после дождя. Но увы, Хеджин не знала о происхождении своей госпожи, как и не хотелось бы, чтобы кто-то случайно заглянул сюда и обнаружил лису. Кохаку лениво стянула с себя промокшие чогори и чхиму, оставшись в одном соккоте, но и его она также оставила на деревянной скамье, бережно положив треснувший фурин на самом верху, а сама переступила бочку чуть выше её колен. Как только Кохаку подняла ногу и притронулась к воде, её писк пронёсся по всему Ханыльсану. Она отскочила на холодный пол, забрызгав его каплями, и едва не скинула Дзадза — зонтик резко выпрямился, пошатываясь на узком бортике, и несколько раз быстро моргнул.
— Горячо! — пожаловалась Кохаку и вздрогнула, обхватила себя руками, прикрывая обнажённую грудь и стоя боком к служанке.
— Госпожа! — В отличие от Ю Сынвона Хеджин не пыталась поддеть её или посмеяться над ней, а просто не называла по имени, чтобы никто не узнал, что она являлась сбежавшей из дворца принцессой. — Вам надо согреться, госпожа, пока не простыли.
Продолжая прикрываться руками, Кохаку обернулась.
— Хеджин-а, но ведь и ты замёрзла под ливнем! Тебе тоже не помешает погреться в горячей водичке.
— Только после моей госпожи, — упрямо заявила она, подошла к невысокому шкафчику с множеством ящиков, выдвинула один из них и взяла оттуда коробочку, которую поднесла к бочке, но на бортик не поставила — слишком узкий. Внутри лежало мыло, а также пузырьки с различными маслами и мешочки с засушенными травами.
Кохаку вздохнула, вновь подняла ногу и, зажмурившись, поднесла большой палец к воде, медленно-медленно коснулась поверхности и резко отдёрнула, но на этот раз Дзадза стоял настороже и готовился, что мог свалиться. Вода чуть подостыла! Успокоившись, Кохаку уже спокойнее опустила целую стопу, переступила через бочку и обеими ногами погрузилась в горячеватую жидкость, присела на корточки. По телу пробежались мурашки, а Кохаку обняла свои колени, стараясь привыкнуть к температуре. Теперь уже Хеджин подошла совсем близко и поднесла коробочку к носу своей госпожи — та взяла лишь мыло, не желая сейчас как следует отмываться. Она натиралась и поглядывала на Дзадза, который тоже с интересом смотрел в обратную, пока не оттолкнулся от бортика и не прыгнул на её колено, качнулся, но в воду не упал, а устоял на месте.
Промокшая коса растрепалась и совсем не слушалась: пока Кохаку пыталась намылить спину, то дёргала головой, и волосы всё стирали.
— Позвольте мне, — предложила Хеджин и мигом вытащила ленту из волос своей госпожи, которую сама же и завязывала. Кохаку не успела помыться, как служанка распутала все колтуны и расплела непослушную косу.
Раздался стук в дверь. Моментально среагировав, Кохаку приподняла голову и крикнула:
— Здесь место только на одного!
— Дева Кон, надо поговорить, — услышала она насмешливый голос Ю Сынвона, за которым последовал скрип двери.
Хеджин мгновенно убрала пальцы из волос Кохаку и помчалась к двери, налегла на неё своим телом и захлопнула, не позволив генералу даже заглянуть.
— Сюда нельзя, — строго произнесла служанка.
— Подождите, если место только на одного, то почему вас там двое?
— Не ваше дело, генерал Ю! — хихикнула Кохаку, как Дзадза поскользнулся на её ноге и чуть совсем не скатился в воду, но ловкие руки вовремя поймали его.
— Чем вы там занимаетесь? — настаивал Ю Сынвон с явным любопытством в голосе.
— Абсолютно ничем, генерал Ю!
— А поподробнее? — он не собирался сдаваться.
— Очень подробным ничем, генерал Ю!
Хеджин так и не позволила войти ему внутрь, а Кохаку успела вымыться и заодно немного намылила каса-обакэ. Дзадза с интересом наблюдал за плавающими в воде пузырьками, пока не обнаружил, что и сам пенился.
— Фня… Мыф-фня?
Любопытство маленького зонтика умиляло и Кохаку, и даже её служанку — простого человека, на которого подобные существа раньше нагоняли страх.
— Хеджин-а, тебя больше не пугает Дзадза?
Служанка приподняла брови и многозначительно посмотрела на свою госпожу.
— После того, как вы в детстве принесли ведро большущих насекомых и выпустили их во дворце, я уже спокойнее ко всему отношусь, — пояснила она свою позицию. — Однако я опасаюсь, что он снова набросится на вас, если не съест целиком.
— Поэтому ты не оставила меня одну?
— Госпожа, вы бы даже мыло не нашли, — служанка хитро улыбнулась.
— Хеджин-а, я не настолько беспомощная! — шутливо возмутилась Кохаку и хлопнула рукой по воде.