Потом был жабий язык у торговки на рынке (много болтала, вот и прокляли). У другой дамы — копыта. У еще одного мужика не задалось лечение храпа: додумался закусить лекарство свининой. Сказано же было! Перед сном не заедать и не запивать. Так целую неделю досаждал жене хрюканьем, пока она его со скалкой в руках к нам не погнала. А теперь… Вот. Мужик.
Да чтоб этого мужика! Не дай белладонна, он сейчас помрет в нашем магазинчике!
Я бегом кинулась в кладовую, но вспомнив о сестре, схватила маленькое белое полотенце и накрыла проблемное место клиента. Все-таки негоже лежать посреди магазинчика да еще вот так… напоказ. Оливия у меня душа нежная, но стойкая. За нее я не волновалась. А вот Инокотий — любопытный, точно не пройдет мимо.
Причитая на чем свет стоит, я наконец-то вбежала в кладовую. Семь потов спустила, пока тащила оттуда наш экстренный чемоданчик и бахнула его на прилавок. Склянки у стены дружно звякнули.
Открыв чемодан, я стянула с головы шляпку. Кинула ее на стол. Сдула упавшую на глаза темную прядь и… Дзынь!
— Лала! Мы… пришли.
Голос Лив упал при виде распластавшегося на полу мужика, а Котя выдал заинтересованное:
— Мяу?
А приглядевшись, распушился, зашипел и сменил цвет с черного на огненный красный.
— Что? Опять? — опустила плечи Лив и выронила на пол пузатый бумажный пакет.
— Опять, — согласилась я, попутно закидывая ингредиенты в самонагревающуюся стеклянную колбу. — Смешал настойку скальников с мятными каплями… И, Лив, Котя прав — код красный.
Только она услышала заветные слова, как вмиг посерьезнела. Бросилась к мужику и приподняла платочек.
— Ого! — ахнула сестра. — В жизни такого…
Осеклась и помолчала, а потом выдала:
— Да обалдеть!
Чую-чую родственную душу…
— Обалдеем, когда не очухается, — заметила я, засыпая в бутылочку заранее отмеренный порошок из пестиков антуриума. — Эта штука тянет его жизненную силу.
Лив подняла на меня полные тревоги зеленые глаза:
— Знаешь, что с ним?
— Понятия не имею.
— Похоже на вождецветы, — хмыкнула она и, хмурясь, оглядела нашу проблему с разных углов. — Очень странные вождецветы.
Откровенно говоря, я тоже сначала подумала на них. Но вот досада: вождецветы, из которых готовят приворотные зелья и одурманивающие духи, не растут на человеческих органах. К тому же живых. Обычно для них нужен… Ну, особый субстрат, например, из бычьих яичек.
— Так.
Лив выронила край платочка и, закатывая рукава песчаного цвета рубашки, кинулась мне на помощь, попутно поинтересовавшись, что я готовлю. А как узнала, что зелье отмены, взяла из чемодана законсервированные магией стебли чистотела и принялась давить из них сок, как вдруг:
— Котя! Не трожь!
Я чуть не вздрогнула и не накапала в колбу больше капель утренней росы, чем положено, а когтистая лапа пожелтевшего от любопытства Инокотия замерла в опасной близости от полотенчика, прикрывающего мужика. Недовольно мявкнув и растопырив усы, кот прижал уши и сменил цвет шерсти на черный. Вот же негодник. Шкодит и еще огрызается.
— Будешь распускать лапы — получишь по мохнатой заднице, — пригрозила ему Лив, на что кот недовольно забил хвостом по деревянному полу. Да еще глазами сверкнул так, словно подумал: «Будь я больше — это ты бы отхватила по своей заднице».
Лив быстро накапала в колбу сок чистотела, а я хорошенько взболтнула уже бурлящее содержимое, и жидкость в бутылочке сменилась с бледно-желтого цвета на светло-голубой. Готово! Идеальные пропорции.
Зелье отмены — одно из самых сложных. В него входит много ингредиентов, и чтобы его приготовить нужно точно знать: что, сколько и в какой последовательности добавлять, поэтому не каждому фармагу по силам его создать. Многие попросту боятся с ним связываться, ведь одна ошибка — и зелье отмены превращается в зелье усугубления, из-за чего самая обычная бородавка может стать настоящим проклятием. Но мы с Лив долго учились, чтобы чуть ли не с закрытыми глазами уметь создавать зелье отмены. На всякий случай создали экстренный чемоданчик, где на каждый жизненный случай лежали заранее заготовленные и отмеренные ингредиенты. Будем верить, что сейчас, в спешке, мы тоже нигде не напортачили.
«Ну, мужик, — опустила я длинную пипетку в колбу. — Белладонна с тобой».
Лив осторожно приподняла полотенце, а я три раза капнула на этот… ротанг. Хмыкнула и капнула еще раз. Нежно-розовый цветочек тут же дрогнул и с тихим щелчком отвалился. Набухшие бутоны тоже попадали, но в отличие от распустившегося цветка, быстро ссохлись. А «ротанг»… Не только стал терять свой насыщенный зеленый цвет, но и стремительно уменьшаться в размерах! Упс… Неувязочка случилась. Ну, да ладно. Главное — мужик жив остался. Потом еще раз увеличит — лишь бы у толкового фармага, а то опять будет мучиться с потенцией.
— Белладонна, Лив! Опусти полотенце! — поморщилась я и отвернулась.
Мда, ротангом он выглядел посимпатичнее. А сейчас: бр-р-р…
Сестра усмехнулась и наконец-то прикрыла эту срамоту, а мужик порозовел, точно молодой поросенок, застонал и открыл глаза.
Тишина.