Белладонна… Творился такой бардак, какой самый хитрый и злобный ифрит в жизни не придумает, чтобы извратить желание хозяина. Собственно, именно это событие и сократило магическое население настолько сильно, что ему вскоре стало грозить вымирание. Поэтому некоторых приспешников «Чистой крови» я даже понимаю. Такое мракобесие не могло пройти бесследно, пусть и прошло уже много веков, а сама история об истреблении тьмы превратилась в жуткую историческую сказку у костра. Точнее, во множество разных историй. Так что и люди, и маги до сих пор побаиваются личей. И поэтому я так сильно заинтересовалась словами декана о том, что некромантов теперь допустят до обучения на Боевом факультете. Похоже, здесь сыграла немалую роль репутация Академии и директора, под чьим началом выпускались самые лучшие и «надёжные» некроманты. Вот Мечи и решили попробовать спустя столько лет вернуть силу некромантии в строй. Дать им второй шанс. Ох, белладонна… Не знаю, к лучшему это или к худшему и появится ли вообще в нашей группе учеников некромант. Не такие они уж и частые.
— Это всё, что вам нужно знать по новому обучению, — обвёл нас взором декан. — Вопросы?
И тут «публика» взорвалась. Ученики наперебой выкрикивали:
— А правда, что на вас покушались приспешники Возрождения Чёрного Олеандра?
— …что вы в одиночку выследили и сразили многоликого оборотня?
— …взорвали логово леканов-разбойников размером с целую деревню?
— …раскрыли заговор и спасли от покушения дочь короля Варамира, и теперь она хочет выйти за вас замуж?
Но громче и увереннее всех прозвучал вопрос:
— А это правда, что на первом году службы, вы сражались с личом? — и все разом смолкли.
Ну, конечно. Там, где некроманты — всегда должны быть и личи.
— Нет, неправда, — всё-таки снизошёл до ответа декан. — Это была мумия. Несколько любесов, ненавистников магии, нашли захоронение с редкими магическими записями и решили их уничтожить — сжечь. Однако им помешала мумия.
Декан поднялся из-за стола, а все ученики словно затаили дыхание. Так стало тихо.
— Давным-давно, — принялся он рассказывать, медленно постукивая подошвами блестящих ботинок по каменному полу при каждом шаге, — ещё до Пришествия жил тёмный маг, который вёл исследования в тёмном, затхлом подвале. Все свои записи он зашифровал, записав на шести древних языках, один из которых совсем забыт, а три других почти забыты. Но этого ему показалось мало, и для надёжности он сам себя проклял, чтобы защитить драгоценные свитки от непрошенных гостей. Спустя годы его труп иссох, но проклятие не исчезло. А когда любесы пробрались в усыпальницу мага и покусились на его сокровища — проклятие сработало. Так он перебил почти всех этих… грабителей.
Декан остановился в центре аудитории и убрал руки за спину, а мне показалось, будто он хотел назвать грабителей иначе — недоумками, например.
— Кто-нибудь скажет мне, чем опасны мумии?
Сидящая рядом со мной девушка подняла руку.
— Мумии могут использовать магию, — коротко отчеканила она, когда декан ей позволил.
— Верно, — согласился он. — Мумии хранят в себе остатки очага, которыми пользовались ещё при жизни, поэтому они так опасны, и поэтому некоторые путают их с личами. Особенно если в мумию превратился тёмный маг. Тогда они не только используют магию одного типа, но даже внешне становятся похожими. Но мумии темных магов от личей всё-таки отличаются. Как думаете, Риман, — обратился он к темноволосому парню во втором ряду, который и задал вопрос про лича, — чем?
— М-хм… — замялся тот. — Бинтами?
В аудитории раздался смех. Я тоже невольно улыбнулась, хоть и не была удивлена его комичному ответу. Однако чему я точно удивилась, так это тому, что декан запомнил, как зовут ученика, поинтересовавшегося о личе, хотя даже взгляда на него не поднимал во время переклички. Тут я могла поклясться.
— Вы думаете, это смешно? — тихо и со зловещей усмешкой произнёс декан, и хохот учеников мигом смолк. — Поверьте, когда вы столкнётесь с ожившим трупом и не сможете определить его тип, вам будет уже не до смеха. Поэтому я поинтересуюсь ещё раз: чем отличается мумия от лича?
Моя учительница в ведьмовской школе сейчас бы закатила глаза и с иронией сказала: «Лес рук!» — потому что никто из учеников не пожелал ответить на вопрос декана. Оно и понятно почему, ведь в соглашении для заключения мира между любесами и магами было условие, что в магических школах никогда не будут учить чему-либо связанному с битвами — только контролю силы, бытовой магии и низкоуровневым заклинаниям. Так простаки надеялись хоть немного уравнять силы между сторонами и создать хрупкий баланс. Отчасти им это удалось. И вот поэтому в школах никогда не расскажут, как отличить мумию от лича, только дадут рекомендацию — бежать и от того и от другого. А лучше вовсе не соваться в места, где может появиться опасная нечисть.