Ну…. Хоть я и хорош в горном деле, но… хочу сменить профессию, вот! – и широко улыбнулся, решив, что выкрутился.
Крайне неестественно улыбнулся, надо сказать.
Да ну? – Брэндель слегка приободрился: по крайней мере, гном и сам осознавал, что ведет себя странно, и поднажал – и чем же ты хочешь заняться?
Вопрос прозвучал и саркастично и зловеще одновременно.
Одум схватился за голову – к такому повороту он точно не был готов.
«Агрх, прям как обухом по голове! Да что мне еще делать, кроме как руду копать?! Что ж ты пристал-то, нарочно меня на сковородку посадил? Да будь тут на твоем месте кто-то еще – эх, врезал бы – мама не горюй!»
Слегка замешкавшись, гном, наконец, с усилием выдавил:
А… знаешь ли… Я немного в … строительстве… понимаю…
В принципе, не соврал: он, по крайней мере, понимал в строительных материалах для туннельных подпорок. Разбирался он во всем этом в свободное время, сделав опорные конструкции своим хобби, и преуспел достаточно, чтобы считаться понимающим в строительстве… хоть чего-нибудь.
Познания эти, естественно, не были унаследованы от рунных гномов – их знаменитое мастерство Одуму не передалось ни на толику. Потомок славного народа оставался по сути не более чем простым рудокопом.
Зато Брэндель держал ухо востро. Он прекрасно помнил величественные конструкции, выстроенные Рунными гномами в свое время под землей, правда, не зная, насколько это мастерство передалось Одуму. Но теперь, раз уж тот сам заговорил о желании пойти по стопам предков – начало было обнадеживающее.
Строительство, говоришь? – сходу на треть потеплевшим голосом пробормотал он.
Такой приступ энтузиазма заставил Одума дернуться и едва заметно подскочить, так что в последовавшем ответе не осталось и следа былой уверенности:
Т-так, немного… д-думаю…
И тут же заявившее о себе гномье упрямство заставило старого ворчуна встрепенуться: да чтобы он гном! Рунный гном! Серебряная линия крови!! дал слабину перед каким-то юнцом!
Так, парень, ты меня не прессуй! – громко прокашлявшись, продолжил он гораздо громче и четче, – все мы когда-то с чего-то начинали! Пусть я пока и маловато понимаю в строительстве… ну то есть, это опыта у меня маловато… НО! Насколько тебе известно, на руднике я проработал всю жизнь!
Его ответ был настолько шит белыми нитками, что даже Ромайнэ бы что-то заподозрила, но Брэнделю в игре, увы, довелось побывать в руинах города Рунных гномов, и увиденные масштабы и мастерство строительства произвели на него неизгладимое впечатление. Он и жаждал подробностей, а то, что Одум устроил им чудесное спасение из Колизея, не сильно способствовало скептицизму.
Он кивнул, поддакивая, и явно решил, что Одум толкует об отсутствии денег для масштабного строительства:
Понимаю: ты об отсутствии средств… Но не волнуйся, денег я тебе обеспечу достаточно, целый город построить хватит!
Ты хочешь строить город?! – взревел Одум, аж вспотев от шока. Между целым городом и простой постройкой, на которую он еще, может, и был способен, лежала пропасть. Даже попытка представить, как он со своими нынешними знаниями будет строить что-то настолько серьезное, ужасала.
Картина вырисовывалась та еще: в далеком-далеком будущем, в некоем городе, весьма и весьма известном. Печально, можно сказать, известном. Настолько, чтобы стать примером того, как не надо строить, для всех гномов и на века вперед. Продолжая потеть, Одум почти слышал у себя в голове скрипучий голос старого учителя, обращающегося к гномикам-ученикам:
«Ну что ж, ребята, а теперь посмотрим на творение этого недоучки Одума! Глупейший из гномов умудрился даже по первости забыть про чертовы городские ворота!»
Испуганно помотав головой, чтобы отбросить эти жуткие мысли, он заметил полный энтузиазма взгляд Брэнделя.
А как тебе такая мысль? – парень продолжал наседать, словно демон-искуситель, – город – нерушимая и неприступная крепость, твое наследие! Да как только строительство будет закончено – твое имя тут же войдет в историю, станет известно в каждом доме!
Брэндель, похоже, сам себя убедил: его взгляд все дальше устремлялся вперед, затуманенный манящими перспективами:
Представь только! Великий мастер Одум, славный градостроитель, чей шедевр выстоял не одну тысячу вражеских вторжений и прошел испытание временем! Вернувший Рунным гномам славу и увековечивший в камне их мастерство!
Такие посулы заставили Одума задумчиво заморгать. Уверенность Брэнделя в успехе и его описания величественного города настолько манили, что он и думать забыл о том, что не знает ровным счетом ничего о градостроительстве.
«Ну конечно же! Во мне же течет кровь рунных гномов! Да будь я хоть худшим представителем своего народа – все равно не настолько уж я и плох в строительстве!»
Тутже выпрямившись и гордо выпятив грудь, он набрался решимости и уверенно кивнул.
Очень надеюсь на твое мастерство, мистер Одум! – облегченно выдохнув про себя, заключил Брэндель.
