Исход вышел совершенно неожиданным. Отдачей от удара ему едва не сломало запястье, а из-за утраты равновесия пришлось отшатнуться в сторону. Мысленно ругнувшись, он только успел повернуть голову – а к нему уже несся молниеносный клинок Брэнделя.
Душа ушла в пятки.
Том 3. Глава 226
Янтарный меч – том 3 глава 226
Да сияй твой меч вечно, Ауин! (2)
«Как такое возможно?!»
Глаза у первого бойца Ранднера едва не выскочили из орбит. Брэндель совершенно точно обратил скорость коня себе на пользу, достигнув идеального сочетания силы и скорости. Ему оставалось лишь пытаться побыстрее оправиться от отдачи.
Весь его мир обратился в тугую патоку.
Зато у Брэнделя проблем со скоростью не было: с какой стороны ни посмотри – он уже был готов к следующему удару, причем в полную силу, ничем не уступающему предыдущему.
Он словно нарушал все законы механики, удары сыпались словно не от одного человека, а от двух сразу…
Для середнячка Золотого ранга происходящее казалось непостижимым, а такому как он не стоило и пытаться. Не успей он отразить кажущуюся неизбежной вторую атаку – можно прощаться с жизнью, а попытайся сделать хоть одно движение – размажут по земле, ведь равновесие еще не восстановлено.
Но выбора не было: пришлось поднять меч и, в мгновение ока покрывшись холодным потом, встретить удар. Весь мир закрутился в вихре боли, и он как подкошенный рухнул на колени от обрушившейся силы.
Удары-близнецы, мгновенные и смертоносные, не знали промаха. Рядовым казалось, что Брэндель словно раздвоился, и обе «копии» теснили невероятно сильного в их глазах бойца, словно тот впервые взял в руки меч.
Но с последним ударом Брэндель оказался в радиусе поражения его напарника, уже скрипящего зубами от шока и неверия. Происходи все это во время обычной дуэли – противник мог прощаться с жизнью, а напарник – хотя бы рассчитывать на подкрепление.
Но Брэндель вновь пришел в движение. Второй боец Ранднера все еще следил за траекторией его меча, заканчивающего второй удар, а тот же проклятый клинок уже снова завис у него над головой.
Новичку в такой ситуации оставалось только прослезиться и воскликнуть «Нечестно!», но второй боец далеко им не был и понимал, что придется вступать в бой, пока не лишился напарника.
«Мы же все трое бойцы Золотого ранга, но это парень его в три движения уложил, и ухом не повел! Как такое возможно!» – и он замахнулся мечом.
По логике Брэнделю положено было сделать то же самое, но вместо этого тот отбросил все попытки обороны и пошел в атаку, воспользовавшись преимуществом внезапности. Но ведь от него ожидали совершенно противоположного, ведь должен же он защищаться, как любой другой человек, так ведь?!
В мгновение ока стало понятно, насколько такие ожидания далеки от реальности: не дрогнув при виде атаки с тыла, клинок продолжал нестись на застывшего на земле в немом изумлении противника. Выражение лица Брэнделя заставляло задуматься, не сошел ли тот с ума от ненависти – настолько, чтобы отдать жизнь, но забрать противника за собой.
Все оказалось намного проще: удар напарника поверженного встретил четвертый клинок, возникший словно ниоткуда у Брэнделя за головой. Удар вышел в полную силу, продуманный и четкий.
«Невозможно!» – мысленно выкрикнул атаковавший, не в силах остановить замах.
Остановил его уже Брэндель, выверенным движением отведя в сторону и почти одновременно поразив прямым ударом в сердце.
Шесть ударов меча – и от его руки пали два бойца Золотого ранга.
Все закончилось меньше чем за несколько секунд.
Обычному бойцу за такое время не удалось бы убить и пса – потому легкость, с которой все это проделал Брэндель, поражала и пугала еще больше.
Поле боя стихло.
В почти гробовом молчании Брэндель молниеносным движением вытер Гальран Гайю об одежду второго противника и огляделся. Куда ни падал его взгляд – солдаты отступали, словно отлив: некоторые от нахлынувшего страха, некоторые, еще не осознав угрозы – инстинктивно, с поднимающимися на затылке от предчувствия беды волосами.
Стоило Брэнделю двинуться к коню, несколько сотен солдат и вовсе разом завопили от ужаса. Те, что в авангарде, побросали оружие и бросились прочь, и при виде этого большая часть их соратников, утратив остатки боевого духа, поспешно присоединилась к отступлению.
На поле боя остались лишь рыцари Красса. Окинув их задумчивым взглядом с расстояния метров тридцати, Брэндель понял, что и эти не горят желанием сражаться. В подтверждение его догадки, они расступились, освобождая путь к своему командиру. Тот молча достал меч.
По правде говоря, Красс знал, что бой проигран, еще не успев начаться, но не желал признавать поражение.
Однажды он уже оставил своих на поле боя при Кантнаре, и теперь наступила пора искупления. Он остался на месте, неподвижно застыв в седле и с силой сжав меч. Рыцари послушно выстроились по сторонам, выполняя приказ лишь наблюдать за предстоящей дуэлью.
В подтверждение тому старший противник поманил Брэнделя левой рукой, предлагая наступать.
Вызов был брошен. Ответный кивок – и Брэндель его принял.
Следом Красс поднял меч и изо всех сил выкрикнул:
