Сама принцесса выбрала тактику молчания, ведь без поддержки этих дворян она останется беззащитной. Реальную власть в Ауине все еще удерживает знать.
Мне не нравится ОН, – настойчиво покачал головой брат.
Но почему? Ты же его ни разу не видел.
Просто… Слышал… – замялся тот, уставившись куда-то ей за спину и стараясь не смотреть в глаза.
И что же ты слышал?
Говорят, герцог Аррек уже несколько раз был женат, но все жены умерли, а еще – что он вампир, и пьет кровь…
Перед ней снова стоял испуганный мальчик, мигом утративший все сходство с наследником трона.
Ерунда! – сурово бросила принцесса, но сохранить строгое лицо не смогла. Мальчику достанет проницательности разобраться, что к чему, да и ее характер он прекрасно изучил. Продолжишь давить авторитетом – решит еще, что его пытаются обвести вокруг пальца. И все же брат не до конца ее понял. Впрочем она и сама пребывала в смятении: все-таки для девушки, которой едва исполнилось шестнадцать лет, брак в столь раннем возрасте да еще с таким кандидатом в мужья – пугающая перспектива. Сколько ни пытайся примириться с судьбой ради общего блага.
Четвертая попытка горничной прорваться с платьем – и в этот раз громкий стук словно выдернул ее из паутины раздумий и неожиданно помог привести мысли в порядок. Глубоко вздохнув, принцесса собралась и приготовилась к бою.
Напоследок погладив Харуце по голове, она впустила служанку. Та захлопотала вокруг, помогая с платьем и поправляя и без того безупречную прическу. Наконец туалет был завершен.
Усилием воли разжав кулаки и позволив рукам расслабленно улечься на платье, чтобы не выдать волнения, принцесса с безмятежным лицом пошла к выходу.
Не ударить в грязь лицом, не запятнать благородное имя Корвадо. Выбор сделан, осталось озвучить решение.
За дверью ее ждал молодой кадет Королевской академии.
Миледи, если предпочтете остаться в академии – мы готовы сражаться за вас до конца! – поспешно шепнул он, – ярчайшая звезда и надежда нашего королевства не должна склоняться перед этим презренным…
Рано проливать ауинскую кровь. Придет время – дойдет и до этого, но момент еще не настал, – перебила его Гриффин, обернувшись. В ее голосе хватало и спокойствия, и собранности, и решимости.
Больше разговоров по пути к карете не было. С достоинством приподнял подол платья, она села внутрь и застыла неподвижным силуэтом в окне.
На этих хрупких плечах лежал тяжкий груз: ответственность за возрождение королевства и его будущее.
Брэндель
Отойдя в сторонку, Брэндель тщательно перечитал письмо, беззвучно проговаривал вслух каждое слово, и тихо вздохнул. Словно в прошлое вернулся: события развиваются точь-в-точь как в игровом сюжете, и ничего не изменить. Настал тот самый миг, решающий для будущего Ауина, и все его усилия пока что не повлияли ровным счетом ни на что.
Но кто сказал, что судьбу не изменить? Просто нужно правильно выбрать время.
«Если где-то еще в Ауине и теплится надежда – то в наших сердцах», – повторил он несколько раз, чувствуя, что мысли застилает туман. «Ты права, надежда Ауина в сражающихся за него храбрецах, но одно дело – мечты, а совсем другое – изменить судьбу».
Эту сокрушительную правду он понял еще в прошлый раз, но теперь пришло время взять судьбу в свои руки.
Наблюдавший за ним со стороны Карглис не верил своим глазам. Ни разу за все время их знакомства на лице у лорда не застывало столь мрачное выражение. Напротив, тот всегда выглядел уверенным и спокойным, даже расслабленным что ли… Очень хотелось почитать, что же там написано: он даже попытался заглянуть в пергамент, пока нес его сюда, но для него тот оказался пустым. Похоже, письмо зачаровано на одного-единственного получателя.
От кого письмо? – спросил адьютант наконец, не в силах сдержать любопытство.
От принцессы Гриффин. Благодарит за Трентайм и неприятности, которые мы устроили графу Ранднеру.
Вспомнив о присутствии подчиненных, Брэндель мгновенно собрался. Пребывание в этом мире и все приключения его закалили, научили не поддаваться эмоциям – можно сказать, сделали новым человеком. Совсем не тем, что пришел в этот мир.
Но Карглис продолжал буравить его подозрительным взглядом.
Нет уж, я на это не поведусь. Чтобы ее высочество писала таким как мы, бунтовщикам! Что ж тогда получается, те, кого недавно подвесили в Арреке – и вовсе отпетые роялисты?!
Сравнение с бандитами явно пришлось Брэнделю не по душе – тот принялся поучать:
Я что говорил? Я – рыцарь! Говорил же, что выполняю секретное задание ее высочества? Говорил!
Ну тогда я – адъютант самого Дракона тьмы, – недоверчиво хмыкнул Карглис.
Брэндель открыл рот, захлопав глазами на неугомонного парня.
Ч-чего?
Ага, а вы тут посекретничали с Амандиной и научились звездо… четству… чейству! Точно говорю!
Ладно, хватит намеков, все, ты меня раскрыл: да я и сам работаю лично на Дракона тьмы!
Ну уж нет, хватит мне голову дурить, больше вы меня не проведете, милорд! – рассмеялся Карглис, удивленный, что у Брэнделя, оказывается, такое странное чувство юмора.
А сам юморист в очередной раз поразился, насколько едкой и в точку вышла «шуточка».
