Янтарный Пепел (СИ) полностью

— Тише, крольчишка, тише, — Гюнтер опустился на колени около меня, убирая прядь рыжих волос с лица. — Тебе не выбраться из моих смертельных объятий. Сдайся, прими свое поражение, и я отпущу тебя.

«Никогда!» — хотелось прокричать, но с губ сорвался только жалобный хрип,

— Глупая, глупая Ривэрто. Думаешь победить меня своими жалкими талантами? Или правда решила, что твоя сила воли действительно удержит меня вне стен твоего крошечного наивного мозга? — парень склонился надо мной и шептал на ухо. — Хочешь, я растопчу тебя просто здесь, подчинив своей воле? Ты навсегда станешь моей…

Я выгнулась, крича от боли, разрывающей мои легкие. Пальцы зарылись в рыхлую землю, что забилась под ногти, а перед глазами была пугающая пустота и темень. Гюнтер отобрал мое зрение, оставив барахтаться в придуманом им месте. Запихнул мое сознание в миражный мир, и я даже понятия не имела, что происходило с моим телом.

За что ты так меня ненавидишь? Ответь мне, ты, чудовище! Что я такого тебе сделала?

А в ответ только тишина. И завывающий где-то ветер. Легкие горели, наполняясь воздухом, и я хрипела, стонала в попытках подняться. Меня разрывало на части и склеивало вновь, пытаясь найти нужную комбинацию, подобрать кусочки паззла в правильном порядке. Обессиленно я разбивалась о скалы, падая с обрыва, и разлеталась на мириады крошечных песчинок, утопая в океане. А после собиралась в единое целое, чтобы вновь попытаться взлететь.

— Я пришью тебе крылья обратно и научу летать, маленькая Ривэрто, — шептал Гюнтер. — Я научу тебя парить и подчиняться мне.

Едва уловимое касание его губ к моим, и я вновь полетела в пропасть, хватаясь за воздух и крича, переполненная страхом. Словно кружка, которая то и дело разбивалась и собиралась вновь в бесконечном потоке мгновений.

Ты безумен, Гюнтер, безумен…

Смех. Бесконечный смех в моей голове, сводящий с ума, разрывающий перепонки. Мой собственный смех.

— Мистер Шильдкнехт, мисс Эрцен, — сквозь безумие прорвался чужой голос, рисующий границу меж иллюзией и реальностью, приводящий в чувства. — Насилие над учениками запрещено уставом Академии. Или вы забыли, что все морты равны, и один из четырех законов гласит, что морт не имеет права убивать другого морта?

Пелена перед глазами рассеялась. Я лежала на мокрой после дождя траве около главного здания Академии, а Гюнтер сидел рядом, смотря на меня почерневшими глазами. Бласка замерла с маркером в руках в паре сантиметров от моего оголенного живота, нервно покусывая губу и смотря куда-то в сторону.

— Думаю, госпожа Джулиана Томпсон будет очень заинтересована в том, чтобы уделить вам обоим время и решить, какое наказание вы понесете за издевательство над одноклассниками, — над нами возвышалась фигура миссис Хоффман. — А теперь я попрошу вас оставить мисс Блумфилд в покое и навестить кабинет директора. Надеюсь, провожатые вам не потребуются.

Гюнтер поднялся на ноги и кивнул Бласке, чтобы та последовала за ним. Девушка подорвалась и быстрым шагом направилась в сторону главного корпуса, гордо вздернув подбородок. Я поспешила прикрыть живот, пряча от ветра.

— Не думай, что это конец, крольчишка. Не всех принцесс спасают бесстрашные рыцари из глупых человеческих сказок. Некоторым уготована участь стать красавицей при чудовище.

Я стыдливо отвернулась от Гюнтера, пряча глаза. Парень прошел мимо и скрылся за спиной миссис Хоффман. Женщина присела рядом, всматриваясь в мое лицо, и я избегала встретиться с ней взглядом.

— Это ведь не впервые?

Я промолчала, сдерживая слезы. Не прошло и пары часов после моего обещания Эвон, как я тут же его нарушила.

Плащ пропитался влагой, и я дрожала от холода и стыда, боясь подняться на ноги. В моем мире не было героев. Не на кого было надеяться, кроме самой себя. И я позорно проигрывала битву за битвой.

***

Эбигейл Хоффман, удачно оказавшаяся рядом, была моим преподавателем, специализировавшимся на даре Эновисон. Как оказалось, Хибики увиделаГюнтера, тащившего меня куда-то, и побежала за помощью к старшим. Издевательства оборвали, не дав им затянуться, и я была благодарна японке, подоспевшей вовремя.