— Я чего-то не знаю? — подруга убрала с глаз выпавшую из хвоста прядь. — Ты по уши влюблена в Райяна Честерфилда? Об этом уже вся школа говорит.
Я загадочно улыбнулась, пожимая плечами.
— Она предала нашу любовь, — рядом вырос Айзек, наигранно фыркнув.
— С тобой никто не сравнится, свет очей моих, — я потянулась, чтобы чмокнуть друга в щеку, но тот уперся ладонями в мои плечи, отодвигая в сторону.
— Не переигрывай, Блумфилд, — улыбнулся парень и направился прочь.
— Я буду в пурпурном платье и с лютиками в волосах на твоей свадьбе, дорогуша. А еще тебе лучше прицелиться хорошенько и бросить букет куда-нибудь подальше от меня, — подруга протянула мне бутылочку с апельсиновым соком.
Я открутила крышку и жадно прижалась губами к горлышку.
— Как я рада, что семестр практически закончился, и я смогу забыть о химии, как о страшном сне, — пробормотала я, возвращая Лидии бутылочку.
Смахнув с лица влажную прядь, подруга взяла меня под руку и потащила в сторону футбольного поля. Матч обещал быть жарким, и не только из-за палящего солнца.
Не дожидаясь автобуса после матча, я перебросила сумку через плечо и двинулась в сторону дома. Солнце, что еще утром убивало нещадной жарой, спряталось за облаками, даря такую желанную прохладу. Май подходил к концу, и впереди меня ожидали три месяца в Академии имени Джулианы Томпсон. Три месяца вместе с Софией и Натсуме.
Лидия определенно могла бы считаться моей самой лучшей подругой, если бы не одно огромное и непреодолимое «но». Нас разделяла километровая стена непонимания. Ее мир был слишком уж прост, и сводился к урокам, парням да развлечениям. Через год мы расстанемся навсегда. Я сдам экзамены в Академии и стану полноценным членом общества мортов, а подруга поступит в университет и двинется вверх по карьерной лестнице. Пройдет столетие, и, быть может, именно я стану той, кто извлечет душу из ее дряхлого сморщенного тела.
София и Натсуме отличались от людей так же, как и я. Юные морты, обучающиеся в Академии со мной в классе — вот те, кого я точно могла назвать самыми настоящими друзьями. Разлука с этой парочкой порой привносила тоскливые нотки в мою жизнь, но я с нетерпением ждала встречи.
Вечерние улицы оживали. Люди, устав сидеть в душных кабинетах и делать монотонную работу, высыпали на улицы Гринвилла, захватывая меня в свой нескончаемый поток. В этом чувствовалась жизнь, неудержимая и прекрасная. Частенько я замирала и с наслаждением позволяла толпе подхватить меня и нести за собой. Ноги передвигались сами по себе, бесконтрольно, и, очнувшись, я оказывалась в незнакомом районе или где-то на другом конце города, вдали от дома.
Внезапно небо разорвала молния, и толпа утонула в дожде. Тяжелые капли летели, разбиваясь о лицо. Я подняла голову, позволяя воде смыть с меня липкий пот и тяжесть прошедшего дня. Люди разбегались, прячась под навесами или заскакивая в проезжающий транспорт, а моими венами текло удовольствие и детский восторг.
— Айви, ты простудишься, — ответственная часть Эвон так некстати дала о себе знать.
— Всего пару минут. Разве ты не чувствуешь, как легче становится, когда дождь забирает с собой все проблемы?
Девушка лишь закатила глаза и позволила мне насладиться прохладой, которой сама не могла ощутить.
Через полчаса я уже открывала входную дверь. Сперва прогулка под дождем показалась мне неплохой идеей, но уже через несколько минут я продрогла и мечтала как можно быстрее укутаться в любимый плед и, умостившись на кровати, составить компанию братьям Винчестерам.
Не успела я порог переступить, как натолкнулась на Хизер.
— Привет, — я одарила сестру улыбкой, выжимая волосы.
Девушка бросила на меня хмурый взгляд и кивнула, скрываясь на кухне. Она не была моей поклонницей, сколько я себя помнила, и любые попытки наладить отношения пресекались на корню. Апатичное, немного недовольное выражение лица было всем, что я когда-либо знала.
На лестнице меня уже поджидал Сид. Двенадцатилетний мальчишка терпеть не мог мою сестру, которая никогда его не замечала, и то и дело прибегал к нам с Эвон поболтать. В сущности, он был лет на двадцать старше подруги, но это никак не мешало ему оставаться ребенком, как и в день смерти.
— Айви! — радостно воскликнул Сид и подорвался со ступеньки, на которой сидел со скучающим видом. — Я уж думал, ты никогда не вернешься. Твои родители и Логан уехали пару часов назад, забрав с собой остальных, а я со скуки тут помираю, смотря, как твоя занудная сестрица ходит, будто призрак, из стороны в сторону и не обращает на меня внимания.
Я снисходительно улыбнулась.
— Сид, ты ведь знаешь, что она не может видеть тебя. У нее совершенно другой дар.
Мальчик нахмурился и сложил руки на груди.
— Она просто не хочет. Если бы она хотя бы попыталась, но ей это не нужно. Конечно, намного интереснее копаться в пустых головах живых, чем понять мертвого.
