— Ты куда? — полетел мне в спину вопрос Нии, но я его проигнорировала.
Зазвенел колокольчик, когда я открывала дверь. Волосы тут же спутал ветер, стоило мне оказаться на улице. Курт стоял напротив и зажимал меж пальцев тлеющую сигарету. Дождавшись, пока машин на дороге поубавится, я шагнула на проезжую часть.
— Ты рехнулась? — рядом выросла Эвон, преграждая мне дорогу. — Чего ты хочешь добиться?
— Отвали, — отмахнулась я, продолжая движение на другую сторону дороги.
— Айви, остановись, тебя же сейчас собьют!
В подтверждение слов души мимо пронеслась машина, недовольно гудя. Но я должна была посмотреть в глаза этому парню и спросить, какого черта он тут делал.
Поравнявшись с Куртом, я замерла. Его взгляд был таким же, как и в тот раз, в автобусе. Полный отвращения и страха, но юноша не бежал. Он стоял напротив, и его руки дрожали. От холода или от нервов, сказать я не могла.
— Привет, — поздоровалась я.
Курт кивнул. Его волосы растрепал ветер, и они торчали во все стороны. Я заметила небольшой шрам на лбу, который раньше парень скрывал прядями.
— Прости за странный вопрос, но… — я на мгновения замялась. Запоздалая мысль о том, что юноша мог оказаться здесь случайно, и даже не смотреть в нашу сторону. Я не думала о том, что мне могла померещиться. Только вот отступать было некуда. — Ты случайно не следишь за мной?
Курт фыркнул. Он небрежно бросил окурок на землю и растер ботинком об асфальт.
— С чего бы? Я здесь отца жду.
Не успела я и рта раскрыть, как из магазинчика, около которого мы стояли, вышел тучный мужчина за сорок.
— Идем, Курт, — позвал он.
Парень выдавил улыбку и поспешил за человеком, по всей видимости, приходящимся ему отцом. Я почувствовала, как щеки наливаются стыдливым румянцем.
— А я говорила, — Эвон самодовольно усмехнулась.
— Но он ведь смотрел…
— И что? Люди, когда ждут, часто смотрят по сторонам. Тебе просто показалось. Паранойя, сладенькая. Просто паранойя.
Я смотрела вслед удаляющейся фигуре парня. Ссутулившись, он брел за отцом, который эмоционально размахивал руками, о чем-то рассказывая. Почему-то мне захотелось ему посочувствовать.
— Идем, сладкая. Тебе еще придется оправдываться перед подругами за такое странное поведение.
Эвон развернулась, взмахнув волосами, и направилась через дорогу. Я застыла посреди тротуара, обхватив себя руками, пытаясь согреться. Кто знал, сказал ли Курт правду, но, стоило ему направиться вслед за отцом, как царапающий затылок взгляд исчез. В этом определенно была какая-то странность.
Айзек ждал меня около выхода из класса. Прислонившись к стене, парень что-то искал в телефоне. Завидев юношу, Оливия наспех попрощалась со мной и поспешила удалиться. Не успела я и глазом моргнуть, как девушка скрылась в толпе школьников.
— Ты ее пугаешь, ты в курсе? — спросила я, подойдя к другу.
Айзек оторвал взгляд от телефона и посмотрел на меня. Казалось, он не сразу сообразил, о чем я говорила. Я заметила красные ниточки лопнувших сосудов, что гнездились в уголках глаз, и волны нервозности, исходящие от парня.
— Маслинка снова сбежала? — вздохнул он, отстраняясь от стены.
Я лишь кивнула, хоть этого и не требовалось. Каждый раз история повторялась заново. Сколько бы юноша ни старался расположить Оливию к себе, она отстранялась и укрепляла стену, ограждающую ее. Казалось, стоило только Айзеку снести один слой защиты, как его место занимали новые, усовершенствованные препятствия. Любой на месте друга давно опустил бы руки, но парень стойко боролся за то, что было ему дорого.
Айзек двинулся в сторону выхода из корпуса. Я следовала за ним, ни о чем не спрашивая. Иногда суть дружбы заключалась в молчании. Тишина сближала теснее вороха глупых бессмысленных слов. В ней открывались тайны, именно она творила историю. Тишина стала нашим убежищем от того, о чем никто не хотел говорить.
В лицо ударил холодный ветер. Я сильнее укуталась в кардиган и прижала руки к груди, пытаясь согреться. Приближающаяся зима принесла в фартуке холод, и, убедившись, что никто не ожидает, вытряхнула его на головы жителей Южной Каролины. Непривычный для Гринвилла морозный воздух наполнял мои легкие и скребся кашлем в горле.
Быстрым шагом я направилась к автобусу, что постепенно заполнялся учениками. Забравшись внутрь, я устроилась около окна, прижав к груди рюкзак. Айзек сел рядом. Его отстраненный взгляд блуждал по салону и все никак не находил за что уцепиться.
— Я просто не хочу быть, как все эти… — нарушил тишину парень. — Ну, знаешь? Когда ты весь такой из себя одариваешь ее вниманием, привязываешь к себе, а потом вдруг исчезаешь. Это ломает изнутри, а я не хочу ломать Лив.
— Я понимаю, — я сжала его ладонь.
