-Лучше скажи мне, если увидишь на ней что-нибудь странное.
-А что именно я должен увидеть? - помогая распеленать "Осень", уточнил Кузьма.
-Извини, но сказать тебе я этого не могу.
-Ну, хорошо...
Девушка последним рывком отбросила краешек брезента, во всей красоте и великолепии открывая свое произведение. В левом углу, словно издеваясь над ней, сидел почти серый волчара. Правда, теперь он скалился не злобно, а будто ухмылялся. С последнего осмотра зверь еще больше выделился на золотом фоне, став уродливым пятном случайно пролитого кофе.
-Это ты сама придумала? - через минуту донесся до художницы голос подростка, - Боюсь, этот волк не совсем тут уместен. Но если тебе так нравиться...
-Ты тоже его видишь?! - обрадовано заорала Карина прямо в ухо Кузе. Оборванец аж на месте подскочил, потряхивая головой, словно к нему клещ присосался, - Говори, какой он, быстрее!
-Какой-какой: серо-желтый, оскаленный и страшный. А ты ненормальная - так орать.
-Прости... - девушка почувствовала, как на глаза наворачиваются счастливые слезы. Однако, теперь становилось совершенно непонятно, почему того, что видит она и Кузя, не замечает Никита?
"Как бы то ни было, теперь меня уже никто не назовет шизофреничкой! И пусть Ник больше не переживает за меня, я сейчас же соберу вещи и уеду!".
-Кузенька, ты правда видишь волка из переплетения листьев, правда? - на всякий случай елейным голоском уточнила Карина.
-Правда. Я не поминаю, что в этом такого?
-Это покажется бредом, но раньше его здесь не было. Он появился несколько дней назад, когда я кончила картину. Сначала это была обычная игра воображения, и волк больше смахивал на собаку. Но через некоторое время он стал проявятся все отчетливее. Такое ощущение, будто часть краски изменяет оттенок независимо от остального полотна.
-Интересно, - паренек осторожно коснулся очертаний хищника. Карине, неотрывно смотрящей на него вдруг показалось, будто зверь изогнулся, пытаясь куснуть мальчишку, но через секунду видение пропало.
-Вот черт, - Кузя отдернул руку, отсасывая кровь из раненого пальца, - Занозу вогнал.
-Наверное, рама не совсем хорошо отполирована, - предположила художница, по-матерински осматривая поврежденную фалангу. Маленькая красная точечка набухла кровавой каплей. Карина с досадой хотела уже побежать на кухню за ватой, но мальчишка беззаботно махнул здоровой рукой, мол, само заживет. И действительно, буквально через несколько минут ранка затянулась гранатовым сгустком, а через час даже пульсация в пальце стихла. Словно громадный зверь поворчал-поворчал, да и уснул у себя в логове.
