— Хм, в полтора раза мощнее «половинки», если подвеску усилить, то массу САУ можно довести до восемнадцати тонн при толстом бронировании, — Орленко немного подумал, что-то просчитывая. — Ходить будет лучше, а по стоимости не дороже будет, чем пара «шестидесяток», даже дешевле БТ. К тому же их можно много сделать — М-17Т отработан в производстве и эксплуатации, проблемы давно изучены и изжиты. Ты маршалу отпиши, тут сплошная выгода получается. Ведь КВ с «матильдами» мало придавать стрелковым корпусам, нужны вот такие простые штурмовые орудия, причем образцы у нас не только есть, но и в бою себя прекрасно показали. А на ЛКЗ работы быстро проведут, и к концу лета в серию запустят…
— Пушки нужны, Тимофей Семенович, пушки. Хотя от нужды можно ЗИС-5 или Ф-34 поставить. Да те же «гадюки» с лафетов снять и приспособить, это же не танковая башня, где места мало. А их уже несколько сотен переделали, а каждую грузовиком буксировать нужно. Так что рапорт немедленно пиши, и пусть командиры танковых бригад отзывы напишут — а маршал по ним решение примет, и чем быстрее, тем лучше…
— Товарищ Сталин, на мой взгляд, нужно переходить к стратегической обороне и на северо-западном направлении. Войска выдохлись, нуждаются в пополнение, необходимо привести в порядок тылы и подготовить позиции, расширив и усилив укрепрайоны. Это как раз займет время до наступления лета, а там посмотреть по обстановке — все будет зависеть от того, где немцы нанесут главный удар, или последовательно проведут несколько наступлений на тех направлениях, которые будут считать для себя важными.
— А какие на ваш взгляд, товарищ Кулик, могут быть эти самые направления? У вас есть свои соображения исходя из стратегической обстановки, сложившейся на советско-германском фронте?
Голос председателя ГКО звучал ровно, с обычными интонациями — за все время общения он ни разу не выказывал своих эмоций. А это его сразу характеризовало как хладнокровного и вдумчивого человека и руководителя, которого всегда интересует мнение подчиненных, пусть даже с которым он поначалу сам не согласен. Но если сочтет приведенные доводы разумными и полезными, то изменит свою точку зрения.
— В начале мая немцы, скорее всего, наступать будут в Крыму, им необходимо перехватить инициативу в войне, навязать нам свою волю. А там ситуация для командующего германской 11-й армией генерала Манштейна самая благоприятная — нанести удар по Приморской армии генерала Петрова, и спихнуть ее в Керченский пролив. Затем уже собрать все силы воедино, и взять штурмом Севастопольский оборонительный район. Для поддержки наступления будет переброшен какой-нибудь сильный авиационный корпус, который временно захватит господство в воздухе и нанесет поражение нашей авиации, которая сгруппирована на нескольких аэродромах.
— А почему именно так? Быть может лучше захватить СОР внезапным штурмом, а потом перебросить все силы на Приморскую армию Петрова и уже разгромить ее. В начале мая в Крыму сухо, и танки можно использовать на хорошей местности — Керченский полуостров как нельзя лучше подходит для наступления. Но это наши с вами домыслы, товарищ Кулик — немцы могут просто удерживать перешеек у Ак-Моная.
Верховный главнокомандующий его провоцировал на ясный и недвусмысленный ответ с привидением доказательств. В целом ситуация в Крыму напоминала ту, что сложилось в реальности — удачно начавшуюся высадку генерал-лейтенант Козлов не смог продолжить, хотя из Феодосии его войска могли вырваться на оперативный простор центральной части большого полуострова. Но промедлил, действовал не расторопно, высаживал дивизии без тылов. В результате, когда немцы нанесли сильный контрудар, потерял столь важный порт и город. А десанты закончились катастрофически — командующий флотом вице-адмирал Октябрьский не поддержал их силами СОРа, не столь и маленького — два стрелковых корпуса и несколько бригад. А вот на Керченском направлении заново сформировали Приморскую армию, для командования которой направили из Севастополя генерал-лейтенанта Петрова. Так что история приняла несколько иной ход.
