Измена национальному Пути не проходит бесследно: неминуема расплата за содеянное – по закону национальной Кармы, и писатели XX века свидетельствуют об этом. Нобелевский лауреат Оэ Кэндзабуро с горечью говорит об утрате национальной и личной идентичности. Писатель Сэридзава Кодзиро в «Божественной серии» пишет о моральном падении японских солдат во время японо-китайской войны. А Куникида Доппо описал ужасы этой войны в «Письмах любимому брату» (1895): «Война – страшное, смрадное слово. Проклятие дьявола человеку. Как змея, ползет она из века в век, из страны в страну. Мы привыкли произносить слово „смерть“, но не можем себе ее представить. Лишь увидев трупы людей, узнаешь, что это такое». Его очерки имели успех, несмотря на патриотический бум: верность Жизни оказалась сильнее верности долгу.
Итак, непросто приобщалась Япония к неведомой цивилизации. Но дело не в цивилизации самой по себе, а в ее направленности. Если цивилизация отпадает от Культуры, она, действительно, становится дьявольской, подминает под себя человека, уподобляя его машине. Что ни говори, поклоняясь капиталу, теряют себя; мельчают души, человечество деградирует. Деньги, как наркотик, губит неокрепших – одержимостью к накоплению денег или острых ощущений. О последствиях потребительской цивилизации, которую называют то «техногенная», то «дьявольская», всерьез задумываются ученые. Превращаясь в стихию, цивилизация становится враждебна всему живому. Об этом говорят уже открыто: выбросы в атмосферу, расщепление атомной энергии вызывают не только стихийные бедствия – наводнения, тайфуны, но и притупляет человеческий разум. Больные младенцы – расплата за неуемную страсть к экспериментам. Вслед за разумом исчезает инстинкт самосохранения. Самозащита Природы. Получается, что хомо сапиенс, человек разумный, движется не вверх, как ему назначено Божьим Промыслом, а вниз, отягощенный грехами, в самую Преисподнюю. Такова его свобода выбора: стихия властвует над ослабленным умом.
Говорят, «пока гром не грянет, мужик не перекрестится». Но гром уже грянул, сполохи молний возвещают беду, а мужик не спешит, ждет новых предзнаменований. Дело, видимо, не в цивилизации, а в происках нечеловеческого разума. Но и это поддается осмыслению, если учесть опыт цивилизаций, избежавших антропоцентризма, скажем, китайской или японской. Можно понимать цивилизацию как нечто заданное изначально, «постоянное Дао», к которому приближается или отдаляется дух народа. Если отдалится, то погибнет, за ненадобностью, как не выполнивший своего назначения.
О национальных цивилизациях размышляют авторы третьего выпуска альманаха «Цивилизации и культуры»[131]. Остановлюсь на этом выпуске, хотя и предыдущие заслуживают внимания. Речь в нем идет о цивилизации, освященной духовной культурой. Классические цивилизации «осевого времени» имеют в своей духовной основе разрыв и дуализм между Небом и Землей, повседневностью и вечностью, считает Б. С. Ерасов. Вместе с тем во всех цивилизациях духовными компонентами были отрицание государства, неприятие здешнего мира и признание универсальности духовной общности. По Н. Я. Данилевскому, всякая цивилизация имеет индивидуальный и замкнутый характер, но механизм всех цивилизаций одинаков: цивилизации вырождаются, когда вырождается общество, в отличие от органической культуры, независимой от времени. Он приводил в пример культуру Китая: наука и знание нигде не пользуются таким высоким уважением, как в Китае. А славянофил А. С. Хомяков ставил Конфуция «выше всех философов в целом свете».
Возможно, и так. В начале пути возвышенные идеи, благие порывы вдохновляют. Но с некоей неизбежностью происходит переворачивание ценностей: второстепенное, частный интерес становится над главным, «общим делом». Побеждает логика мелкого человека – сяожэня, для которого выгода выше Истины. «Биологически – прогресс состоит в поглощении младшим старшего, – по Николаю Федорову, – психологически он – замена любви к отцам бездушным превозношением над ними. самое безнравственное вытеснение сынами отцов»[132]. Тогда и превращается цивилизация в свою противоположность, в варварство. И все же, цивилизации «осевого времени», к которым принадлежит и Россия, «запрограммированы на бессмертие и обнаруживают способность к трансформации и возрождению»[133].
Российская цивилизация, действительно, не исчерпала своих возможностей. Двигаясь по ухабам, разрушая то, на что вчера молилась, ищет выхода. Цивилизации, выполнившие свое назначение, такие, как египетская, называют мертвыми цивилизациями: они переселились в другие земли, оголив собственные. Но почему погибали одни цивилизации и не погибали другие – индийская, китайская, русская? Я уже задавала этот вопрос, не потому ли живы те цивилизации, которые следовали или пытались следовать Срединному Пути, который предписан Небом, Богом?
