Японские мифы. От кицунэ и ёкаев до «Звонка» и «Наруто» полностью

Аристократы эпохи Хэйан обычно были грамотными, но до XVI века остальные японцы редко умели читать и писать, так что, когда мы говорим о хэйанском фольклоре, мы остаемся в пространстве мифологии высших классов. Слишком мало документов фиксируют верования крестьян или бедных горожан до наступления раннего Нового времени; их взглядам будут посвящены следующие две главы. Практически все наши знания о людях и духах эпохи Хэйан и раннего японского Средневековья заимствованы из текстов, составленных аристократами, по преимуществу жителями столицы (будущего Киото).

Хэйанские аристократы верили, что делят мир не только со множеством ками, но и с духами людей. Они делили духов на два основных типа: мирных и агрессивных. Мирные не вызывали опасения. Обычно они появлялись в результате кармических связей между умершим возлюбленным или очень дорогим человеком и тем, кто остался в живых. Сильная любовь или другие тесные кармические связи из прежней жизни могли удерживать дух покойного среди живых. Согласно буддистскому учению, такая привязанность была негативным явлением, так как мешала умершим освободиться от колеса перерождений, однако в остальном она не несла в себе угрозы.

Один из главных страхов хэйанских придворных — агрессивные духи. Их называли онрё или горё, это были духи людей, кто затаил обиду на живущих, зачастую из-за того, что их предали. Горё — это духи несправедливо осужденных на смерть, их называли также сирё («мертвые духи»). Таким духом был принц Савара. Духи тех, кто всё потерял из-за предательства, но остался жив, звались икирё («живые духи»). Термин онрё относился в большей мере к духам, злым по природе, чем к просто разгневанным. Горё и онрё появлялись или после насильственной смерти, или в результате выплеска сильных эмоций у человека, который при этом оставался жив[73]. Духи блуждают по ночам в заброшенных домах, в темных или сумрачных местах и опустевших кварталах старинных городов.

Горё и онрё становились причиной множества бедствий. В случае с принцем Саварой или Сугавара-но Митидзанэ эти бедствия могли касаться очень многих: потопы, пожары, грозы, землетрясения или болезни становились настоящей катастрофой. В кошмарных видениях хэйанской знати мстительные духи могли порождать и менее масштабные, но суровые несчастья: обрушение дома, внезапный приступ боли, смерть, рождение мертвого ребенка. В некоторых случаях дух мог овладеть другим человеком, вызывая его страдания или смерть. Этот феномен в Японии называют мононокэ тем же словом обозначается и воздействие духов на человека. Одержимость-мононокэ могут вызывать и живые, и мертвые духи.

Призрак Югао с цветками тыквы-горлянки, поскольку ее имя означает название этого растения; заставка главы «Гэндзи моногатари» в рукописи эпохи Эдо

Tokyo Metropolitan Library

Известный пример можно найти в «Гэндзи моногатари» («Повесть о Гэндзи», ок. 1000 г.), одном из самых прославленных художественных произведений японской литературы, созданном до Нового времени. Это длинная эпическая история про принца императорской крови, утратившего свое положение, и о его романах со множеством разных придворных дам. В начале повествования главный герой Гэндзи вступает в отношения с пожилой женщиной по имени Рокудзё Потом он перестает встречаться с Рокудзё и заводит романы с несколькими другими дамами. Во время одного из свиданий Гэндзи со своей новой возлюбленной, молодой женщиной по имени Югао оказывается в заброшенном доме. Югао это место пугает, но Гэндзи успокаивает ее. Потом он просыпается, ощущая чье-то потустороннее присутствие. Он прикасается к Югао и обнаруживает, что она мертвая и холодная. Дух завывает от ревнивой ярости, дух живой и разгневанной Рокудзё. Это подтверждается в следующих главах, когда законная жена Гэндзи Аой тоже умирает при загадочных обстоятельствах.