Дэва Эмма
• Японский эквивалент индийского Ямы, судьи мертвых
• Грозный и справедливый, он возглавляет аппарат чиновников, который следит за соблюдением правильной череды перерождений и распределением наказаний. Перед Эммой предстают души умерших, и он судит их на основе кармических связей и деяний в предыдущей жизни
• Его изображают как гиганта в одеянии придворного эпохи Хэйан
• Известен в современной поп-культуре, упоминается в связи со смертью и призраками
Когда буддизм добрался до Китая, Яма быстро слился с ранее существовавшим даосским божеством по имени Тайшань Фуцзюнь
В Японии Эмма — устрашающий, но справедливый персонаж. В зависимости от легенды он может править буддийским адом либо существовать в собственной обители, которая связана со всеми мирами. Души предстают перед ним и оцениваются по карме, которую они накопили за свою последнюю жизнь. Обиталище Эммы часто описывают как огромный дворцовый зал, полный духов-«чиновников», работающих под началом небесного судьи. Сам он обычно изображается как гигант, физически возвышающийся над душами, которые он судит. Часто Эмма одет как придворный эпохи Хэйан, а иногда — как древний китайский дворянин в конфуцианской придворной одежде. У него суровое выражение лица, но сам по себе он не злой — его работа необходима для функционирования вселенной.
Эмма не имеет отношения к древним ками, связанным со смертью, таким как Идзанами. Его загробный мир, буддийский ли это ад или нет, отличается от Ёми-но куни, синтоистской страны мертвых. Однако статус Эммы как судьи душ отделился от его первоначальной позиции буддийского персонажа. Как произошло и с Бэндзайтэн и Китидзётэн, сейчас его воспринимают скорее как местного ками, чем как буддийское божество. Поклонение ему в Японии сильно отличается от поклонения индийскому Яме. Сегодня Эмме нечасто служат напрямую, но он стал известной фигурой в поп-культуре, касающейся призраков, смерти или загробной жизни. Он появляется в произведениях самых разных жанров, от страшных рассказов до фантастических манга и аниме, например в популярной франшизе «Ю Ю Хакусё» (1990–1994).
Эмма, изображенный одновременно и как китайский чиновник, и как ужасающий повелитель ада, что отражает его двойственную роль
Ко времени японского Средневековья (ок. 1200–1600 гг.) грань между буддийскими и синтоистскими божествами стала очень тонкой. Так произошло не за одно мгновение. Судя по самым ранним сохранившимся записям с японского архипелага, две религии переплелись уже в давние времена. Японцы довольно долго осознавали чужеродность буддизма, однако еще в древности он стал значимой религией, а буддийские идеи и мораль начали доминировать. К тому же синтоизм изначально зародился не как религия в том же смысле, что и буддизм. Только благодаря влиянию буддизма и других континентальных религий поклонение различным ками стало системой, связанной со строгими практиками и принципами.
