– Нашел что-нибудь интересное? – Сева посмотрел на Митю, и тот ответил ему долгим взглядом, отчего у Анисьи появилось ощущение, что ребята переговаривались мысленно.
– Не думаю, – наконец отозвался ее брат и закрыл книгу. – Я вообще склоняюсь к тому, что Полина права насчет Ярилиного копья. Действительно, руна Марса на старом языке изображается в виде копья, а все остальные планетарные руны никак не связаны с Ярилой, разве что Солнце, то есть наш дом на карте. Рукопись должна чем-то охраняться, а копье – другими словами, некое оружие – как нельзя лучше указывает на местонахождение книги.
– Мне интересно, чей дом обозначен руной Марса?
– Этого мы не можем узнать. Вот, посмотри, – Митя достал откуда-то из-под стола карту Росеника. – Эти планетарные обозначения не совпадают с домами на обычной карте, разве что с Белой Усадьбой. Это лишь план, понятный немногим. Кто знает, является ли этот план зашифрованной картой? И какой тут масштаб? Конечно, можно попытаться высчитать… примерно…
– Это может быть и какое-то совсем неприметное здание, – сказала Анисья. – Я имею в виду то место, где спрятана Ярилина рукопись. Не знаю, например, городская больница.
– Больница? Ну нет, исключено.
Анисья задумалась, ей все время казалось, что в ее голове уже есть подсказка… «Но что это? Что? Что?»
Сева взял из рук друга тяжелую энциклопедию, но так и не открыл ее.
– И все-таки как тебе удается говорить правду в глаза нашей матери и не получать за это по шее? – поинтересовался Митя, вспомнив о реакции своей строгой родительницы.
– Да просто говорю и все, – Сева снова улыбнулся.
– Н-да, с вами, Воздушными, страшно связываться! Вы используете нечестные приемы!
Сева усмехнулся, но не ответил.
– Повезло одной Полине. Ее ведь невозможно заставить что-либо делать мысленными приказами?
– Наверное, нет, – нехотя протянул Сева: он не собирался признавать свое поражение в попытках заставить Полину подчиниться его мысленным просьбам. – Если не считать того обряда на Купалу, я не пробовал повлиять на нее. Да и пробовать не собираюсь.
– Почему? – вдруг осведомилась Анисья. – Она тебе не нравится?
Сева, казалось, немного опешил от такого вопроса, поэтому ответил не сразу:
– Да нет, почему же. Я имел в виду, что мне это не нужно.
– Зато ты ей совершенно не нравишься, – улыбнулась Анисья, найдя в этом что-то очень забавное.
– Отлично, – Митя рассмеялся и посмотрел на растерянного друга. – Вот и нашлась одна-единственная девушка, которой ты не нравишься.
– Ага, она считает тебя слишком бессердечным, – добавила Анисья.
– Ну и пусть, – ответил Сева. – Что мне за дело? – взгляд его оставался холодным, а голос спокойным. Разве могли его задеть слова какой-то несмышленой девчонки?
– Я считаю, что она чересчур критична ко всем, – продолжила Анисья. Сева раскрыл книгу на первой попавшейся странице и принялся читать. – Хотя зря. – Анисья отодвинула в сторону свой словник по Целительству и тоже взялась за недочитанный том.
– Это почему же? – осведомился Митя.
– Ей не следует быть такой строптивой. Она все-таки не красавица, да и не больно-то талантливая.
– Ну, о таланте еще рано говорить. Тем более, здесь нет никого, кто мог бы как следует заняться ее обучением, – заступился за Водяную колдунью Митя. – Но разве она не получает похвалы от каких-нибудь наставников?
– Еще бы! Но я уверена, это все из-за того, что она владеет такой редкой стихией.
– И как тебе не стыдно так говорить, ведь Полина твоя подруга!
Анисья пожала плечами, а Митя достал из кармана две сложенные карты и уже в сотый раз принялся их изучать.
– Знаете что? – вдруг сказал он, но никто не отозвался. – У меня есть предложение. Чем сидеть дома и рыться в книгах, давайте сходим завтра в город. Мы возьмем эту карту, где славянской руной отмечено местонахождение Ярилиной рукописи, и попробуем идти, следуя всем поворотам, указанным на ней.
– Но с того времени, как книга оказалась спрятанной в этом месте, могло пройти много сотен лет! В городе появились тысячи новых домов. И этих поворотов и изгибов, обозначенных на карте, давно уже может и не быть, – ответила ему сестра.
– Значит, мы не будем обращать внимания на эти дома. Скажем, станем считать невидимыми любые постройки старше… ну не знаю, старше какого-нибудь года. Надо только определиться, какого именно.
– И правда! Надо попробовать! – воскликнула Анисья.
– Сева, ты что думаешь?
Сева сидел, уткнувшись в книгу, и не отвечал, словно последнего вопроса не слышал. Его мысли были заняты чем-то другим.
Утро воскресенья выдалось снежное. И хоть солнце поглядывало золотым глазом из-за сизых облаков, снег сыпал в таком количестве, что несколько минут ожидания возле каменных ворот превратили двух ребят в снеговиков.
– Дурацкая затея тащить с собой всех, – сказал Сева, стряхивая с себя снег и натягивая шапку до самых глаз.
– Согласен, но ведь это подруги Анисьи догадались о копье Ярилы, а не мы. Та к что они имеют полное право идти с нами.
– Что за радость искать тайник в сопровождении целой кучи девчонок!
