— Она смогла трансформировать свои идеи в миллионные сделки, — заметил Эд. — Ее продажи растут с каждым днем. Восемнадцатилетние подростки приходят к ней в магазины. Они знают, что им по карману ее последние модели. Она выпускает модели, не претендующие на долгую жизнь! Что можете предложить вы?
Дэвид отложил свой сэндвич и серьезно посмотрел на Эда.
— Полную противоположность, — сказал он. — Мой идеальный покупатель — женщина, которая не расстанется с одеждой, купленной у меня, до тех пор, пока та не расползется по швам. Моей покупательнице лет двадцать пять, ей нужна одежда для работы и «на выход». Стильная, хорошая одежда для длительной носки.
— Как вы представляете себе магазины для продажи ваших моделей?
— Мечта каждого дизайнера — «Бендел», «Блуминг-дейл», «Бонвит», «Теллер»…
Эд понимающе кивнул головой.
— Вы — очень интересный мужчина, вы бы могли стать кинозвездой.
— Какое это имеет отношение к нашему разговору? — Дэвид от смущения рассмеялся.
— Я подумал… — Эд постучал пальцем по лбу. — Все начинается здесь, компьютер начинает разогреваться, и мне приходит в голову хорошая идея. Дэвид, вы понимаете, я знаю секрет, как продавать завтрашние модели. — Он помолчал, пока официантка снова наполнила их чашки кофе, потом продолжил: — Насколько хороши модели Маккензи? С ее моделей делают копии, и иногда копии лучше оригинала. Разве другие дизайнеры не могли бы делать что-то подобное? Просто все дело в том, чтобы все хорошо сочеталось. Синий верх, желтая юбка и парочка цепей и медальонов, не так ли? Но подростки покупают совсем не это. Они покупают имидж! Торговый знак, бирку, наклейку, ярлык! Важную роль играют декор, освещение, музыка, яркие пластиковые фирменные пакеты…
— Но мои модели просты и элегантны, Эд! — заметил Дэвид. — Хорошо сшитая одежда — и все. Никакой музыки и никаких дополнительных и отвлекающих моментов.
— У меня уже появились кое-какие идеи по этому поводу, — ответил Эд. — Но прежде всего, мне нужно увидеть вашу одежду, чтобы узнать, что вы делаете и какой имидж предлагаете на продажу.
Как и договорились, они встретились в квартире у Дэвида в следующее воскресенье. Дэвид показал наброски и первые образцы четырех моделей платьев, костюмов и пальто, которые положат начало первой коллекции. Платья были скроены из «чулка». В них отсутствовали швы, и они плотно обтягивали фигуру. Это был совершенно новый тип одежды — мягкие ткани, облегающие силуэты — он подходил для любого случая.
Эд даже присвистнул, увидев эти модели. Он сидел в кресле, обитом кремовой «рогожкой», в гостиной Дэвида.
— Да, после этого одежда «Голд!» выглядит просто дешевкой! Вы действительно сможете наладить массовое производство этих моделей?
— Я работаю с великолепным старым портным, — сказал Дэвид, присаживаясь напротив Эда. Его глаза сияли. — Я мог бы договориться с ним насчет лекал. Но очень важно найти хороших швейников, которые станут шить мои модели. Кроме того, нужны изготовители образцов, и следует подыскать рабочие помещения. Но у меня нет денег на все это…
Эд нетерпеливо замахал руками.
— Это моя проблема. По какой цене будут продаваться эти модели?
— Примерно сто — сто двадцать пять долларов за пальто…
— Вы сможете работать напряженно, Дэвид? Это тяжкий, изнурительный труд.
Дэвид утвердительно кивнул.
— Если бы вы задали мне этот вопрос несколько месяцев назад, я не смог бы вам уверенно на него ответить. Но я приготовил все эти модели за два месяца. Я жил как во сне, ко мне вернулось мое честолюбие.
Сам того не желая, он взглянул на фотографию Майи, которая стояла у него на книжном шкафу. Эд тоже посмотрел на нее.
— Вы хотите это сделать ради нее? Она очень красива.
— Нет, я хочу это сделать именно потому, что теперь я точно знаю — она никогда не станет моей.
Дэвид встал, взял фотографию и засунул ее подальше за книги. Он принес из кухни еще кофе. Эд помешал кофе и молча покачал головой.
— Что-то не так? — спросил его Дэвид.
— Я не могу поверить, что все так просто. — Сказал Эд. — Вы — талантливы, а я твердил себе, что мне нужен новый хороший дизайнер, и тогда я смогу начать новую жизнь. Теперь у меня нет причин оставаться в «Голд!».
— Вы действительно уверены, что сможете найти деньги для финансирования нашего проекта?
— Совершенно уверен. Модная индустрия разрастается, как монстр. Люди, с которыми я имею дело в банках, сгорают от желания вкладывать в нее деньги. Дэвид, мне нравятся ваши модели. Чтобы продать их, я буду использовать и вас! Ваше имя, ваше лицо. Вы должны стать известным всем и прежде всего средствам массовой информации.
— Но я вас предупреждаю, что мне трудно находиться в центре внимания.
— И это прекрасно. Вы будете углубленным в себя и занятым своим делом одиночкой. Мы используем ваш имидж. В семидесятых на этом будет строиться вся продажа модной одежды. Я обещаю вам, что женщинам это очень понравится.
Они обменялись рукопожатиями — Дэвид с долей неуверенности, а Эд — весьма решительно. Он знал, что все будет хорошо! История моды повторяется. Дэвид Уинтерс — это имя станет известным в мире американской моды!
