Валентин Ледников, в прошлом следователь прокуратуры, а теперь «вольный художник», принимает участие в расследовании убийства скандально знаменитого депутата. Это убийство когда-то не сходило с газетных полос всего мира, казалось, в нем уже давно поставлена точка, но Ледников начинает подозревать, что в жуткой гибели хозяина дачи проглядывает чья-то злая воля. Но чья?Эта воля продолжает убивать. Ледников понимает, что она угрожает уже и ему самому, а самое страшное - той женщине, которая стала так дорога. Наконец он выходит на след убийцы. Однако он еще не знает, какое страшное испытание приготовил ему противник в этой схватке.В этой книге тесно сплелись семейная сага, любовный роман и остросюжетный триллер. Рядом с вымышленными героями здесь действуют персонажи, прототипы которых легко угадываются. Неожиданна не только развязка. Поразительна, но психологически точна и достоверна пружина, запустившая ход этого, казалось бы, безумного действия…
Валентин Ледников, в прошлом следователь прокуратуры, а теперь «вольный художник», принимает участие в расследовании убийства скандально знаменитого депутата. Это убийство когда-то не сходило с газетных полос всего мира, казалось, в нем уже давно поставлена точка, но Ледников начинает подозревать, что в жуткой гибели хозяина дачи проглядывает чья-то злая воля. Но чья?
Эта воля продолжает убивать. Ледников понимает, что она угрожает уже и ему самому, а самое страшное - той женщине, которая стала так дорога. Наконец он выходит на след убийцы. Однако он еще не знает, какое страшное испытание приготовил ему противник в этой схватке.
В этой книге тесно сплелись семейная сага, любовный роман и остросюжетный триллер. Рядом с вымышленными героями здесь действуют персонажи, прототипы которых легко угадываются. Неожиданна не только развязка. Поразительна, но психологически точна и достоверна пружина, запустившая ход этого, казалось бы, безумного действия…
Данное произведение - художественный вымысел. Всякое совпадение имен, мест и событий является совершенно случайным.
В стремительно и неотвратимо сгущающихся зимних сумерках от дома с распахнутыми дверями и желтеющими окнами в непроглядную глубь леса, где темные деревья стояли непроходимой стеной, продвигалась нелепая и зловещая процессия.
Впереди шли с носилками двое чем-то очень схожих мужчин с опущенными как будто от стыда и унижения глазами. На носилках лицом к идущему впереди сидел странный человек в белом с белыми волосами. Словно безжизненный манекен, он раскачивался в такт каждому шагу или неловкому движению несущих носилки мужчин. Следом шел еще один мужчина с лопатой в руке. Лицо у него было нахмуренное и даже злое. За ним красивая молодая девушка вела, поддерживая за локоть, пожилую женщину с заплаканными глазами, которая с трудом передвигала ноги.
Предательски расползалась и чавкала под ногами перемешанная со снегом земля, ветер бил в лица леденящей изморосью, жутко и страшно орали невидимые вороны в верхушках раскачивающихся сосен, то ли пугая, то ли предостерегая…
Казалось, эти люди выполняют некий языческий обряд, смысл которого им не понятен или даже страшен. Но силы принуждения были столь велики, что, подчинившись им, они покорно и безмолвно продолжали свой скорбный путь.
Через какое-то время они вышли на округлую поляну, посреди которой пугающе чернела свежевырытая яма.
Двое идущих впереди тяжело опустили носилки на землю и застыли в молчании, ожидая остальных. Они старались не глядеть на носилки и друг на друга. Подошедшие следом тоже отводили взгляд от носилок.
Хмурый мужчина с лопатой поднял глаза к мутному, тоскливому небу, словно пытаясь разглядеть там что-то невидимое. Заплаканная женщина с ужасом смотрела во тьму ямы, на дне которой скопилась ледяная жижа. Красивая девушка обняла ее еще крепче.
И только сидящий на носилках белый человек оставался неподвижным и безучастным ко всему, что было вокруг. То ли потому, что все происходящее не имело к нему никакого отношения, то ли потому, что заранее согласился с тем, что было уже неминуемо…
Старик очнулся и уставился перед собой невидящими глазами. Опять этот сон, который он тут же забывает и потом не может вспомнить! Только тягостная печаль на душе и обрывки мыслей, в которых невозможно разобраться.
Как всегда днем, он заснул неожиданно, на сей раз в кресле за письменным столом. Сон походил на приступ, после которого ломило виски и тяжело, с громкими всхлипами и перебоями вздрагивало в груди сердце.
Через какое-то время старик окончательно пришел в себя. За окном вразнобой раскачивались под порывами ветра высоченные сосны. Глядя на них, старик погрузился в свои привычные мысли, и ему даже не пришло в голову, что сосны эти те самые, что он видел во сне…
