Войны с великим князем не будет, а посему ныне варяги сами станут напрашиваться в поход на богатый Киев. Им, как и печенегам, в первую очередь нужна добыча. У них грабеж, разбойный промысел и наглое поведение заложены, наверное, с рождения. Особенно поражали Ярослава кичливость и заносчивость предводителя норманнов Эймунда, с коим у князя произошел горячий спор.
Конунг высокомерно заявил:
— Мы, доблестные варяги, создали державу Русь,[244] и все ваши князья, и князьки должны об этом всю жизнь помнить. Помнить и прославлять наших знаменитых викингов.
— То, что вы, варяги, умеете воевать, спору нет. Но вы никогда не создавали Руси. Держава создавалась из племенных союзов восточных славян, — твердо высказал Ярослав.
— Каких еще племенных союзов? — усмехнулся Эймунд.
— Наберись терпения конунг и выслушай меня. Восточные славяне в восьмом и девятых веках расселились на громадной территории. Они не только заселяли плодородную лесостепь, но и продвигались далеко в глубь лиственных лесов, где можно было не бояться набегов степных кочевников.
Середину Днепра занимали поляне, где ныне Киевщина, восточнее их жили северяне; на запад от полян жили волыняне и бужане; на северо-запад — древляне. На самом юге, на море и у Дуная, находились уличи и тиверцы. В лесной зоне расселились дреговичи, радимичи — по рекам Сож и Десне, вятичи по Оке. На Западной Двине жили полочане, у истоков Волги, Днепра и Двины — кривичи. Самым северным союзом славянских племен были словене, поселившиеся на известном тебе, Эймунд, озере Ильмень, где они и воздвигли Новгород. Соседями восточных славян опять-таки были не варяги, а западные славяне — поляки, словаки, чехи и часть южных славян — болгары. На северо-западе жили ливы и эсты. Северо-восточные леса и тайга были заняты финно-угорскими племенами: мордвой, весью, карелой, чудью. На Средней Волге сложилось государство Волжской Булгарии. Какие же норманны, Эймунд, заполонили Русь?
— И всё равно слово «русь» произошло от варягов! — возбужденно произнес конунг.
— Сказка, конунг. Первые исторические сведения о Руси, о народе «рус» или «рос» появились к шестому веку. В Среднем Приднепровье, где в Днепр впадает река Рось, и находилось славянское племя Русь.
— Не знаю, не знаю, это какие-то убогие дикари!
— Убогие дикари? А ты ведаешь, конунг, как писали об этом славянском племени еще в шестом веке? «Русы мужественны и храбры. Ростом они высоки, красивы собой и смелы в нападении. Народ русов могучий». Племя русов возглавило союз приднепровских славянских племен, называемых полянами, и летописец записал: «Полян теперь называют Русью».
Эймунд загорячился, даже мечом о деревянную половицу пристукнул.
— Ложь, князь! У русичей короткая память. А не мы ли основали на морских берегах королевства Франции, Англии, Испании, Ломбардии и Сицилии?
— Не согласен, конунг. Варяги — превосходные мореходы, но они внезапными наскоками не создавали княжеств, а лишь грабили прибрежное население некоторых европейских стран. У народов Запада сложилась особая молитва: «Господи! Избави нас от норманнов!». В глубь же Европы норманны никогда не проникали. А Русь и вовсе далека. Для того, чтобы вам добраться до славянских земель, надо было войти в Финский залив, где все ваши корабли просматривались с берега, а затем варягам предстоял огромный путь в полтысячи верст по рекам и озерам против течения Невы, Волхова и Ловати. Ни о какой внезапности не могло быть и речи. На всем долгом пути норманнов могло разить стрелами с обоих берегов местное население. Мыслю, что возразить, Эймунд, тебе нечем.
Конунг промолчал, а Ярослав продолжал:
— В конце громадного похода перед варягами вставали две тяжелейшие преграды — варяжско-ладожская и варяжско-русская. Приходилось ставить корабли на катки и посуху, волоком тащить их тридцать-сорок верст по земле. Ваши победоносные мореплаватели становиться беспомощными и беззащитными. Никакой грозной внезапности не существовало. Киевскому князю достаточно было поставить, например, на месте Новгорода, Русы или Смоленска свою заставу, дабы преградить путь на юг «сухопутным мореходам». Только дотащив ладьи до Смоленска, они оказывались на прямом пути в Киев, до коего оставалось еще около пятисот верст. Но и здесь, на Днепре, они были легко уязвимы.
Варяги, конунг, появились у нас тогда, когда Киевское государство уже сложилось, и для своих торговых походов на Восток они применяли дальний обходный путь через Мсту, Шексну и Верхнюю Волгу, кой огибал с северо-востока владения Киевской Руси. Проникновение же ваших отрядов в славяно-финские земли были ограничены тремя северными озерами: Чудским, Ильменем и Белоозером. Но на этих землях шли постоянные стычки. То варягам удавалось взять дань со славян и чуди, то местные племена изгоняли незваных гостей вспять «не даша им дани».
— Но наш доблестный конунг Олег захватил власть в Киеве!
