– Для того чтобы получить из Каталонии кое-какую информацию, нам требуется человек, который съездит за этим в Барселону, а может быть, и еще дальше, в Жерону, что близ французской границы.
– В Жерону? – пробормотал я.
У меня имелось достаточное представление о географии Испании, и я знал, что от Кадиса, находящегося неподалеку от южной оконечности Иберийского полуострова, до Жероны, что лежит еще дальше Барселоны, у самой французской границы, на севере страны, сотни лиг. И на всем этом пространстве сейчас идут кровопролитные бои. Французы заняли Барселону и штурмуют стены Жероны.
Ухмылка полковника сделалась еще более ядовитой.
– Вижу, что стоило мне упомянуть вашу родную провинцию, как патриотические чувства разгорелись в вашем сердце еще жарче. Не зря же минуту назад было сказано: «Дайте мне шпагу, и вы увидите, как французская кровь хлынет в сточные канавы».
– Конечно, сеньор генерал... то есть полковник... Естественно, первым делом я хотел задать себе вопрос... что я могу сделать для своей страны? И я уверен, что могу сделать многое, – я прокашлялся, – прямо здесь, в Кадисе...
– Ну, это вряд ли. Потому что выбор ваш прост: либо отправиться на север, либо немедленно на казнь – последнее произойдет прямо здесь, в Кадисе.
Я кивнул и улыбнулся.
– Естественно, зверства, которые творят эти французские bastardos, воспламенили мой патриотический пыл. Я готов отправиться на север ради своей страны. Что именно я должен делать?
– Ну, вообще-то много чего. Первым делом вас переправят в Барселону морем.
– Морем? А как же французские военные корабли?
– Англичане наши союзники, и на море господствует их флот.
– Ну и что я буду делать после того, как доберусь до Барселоны?
– А вот когда доберетесь, тогда и узнаете.
Я почувствовал, как ледяные пальцы взъерошили волосы у меня на загривке. Разумеется, от полковника не укрылось, что я отнюдь не в восторге от подобной перспективы. Поэтому он посчитал нужным добавить:
– Я уже объяснил, что вариантов у вас всего два: или сотрудничество, во искупление изменнического поведения, или смерть. Мы выбрали вас потому, что нам известно, кто вы, где живете и все прочее. Учтите, если попробуете ослушаться, то не доживете и до следующего рассвета.
Рамирес встал и остановился у окна, сцепив руки у себя за спиной.
– Нынче настали тяжелые времена, сеньор Гали. Мужчины и женщины героически гибнут по всей стране. Порой они умирают в одиночку, порой рядом с ними падают сотни их товарищей. Портные и сапожники, батраки и кухарки, горничные и домашние хозяйки – все сражаются с захватчиками. Сами названия наших городов прославились по всей Европе как цитадели мужества и решимости. Граждане Испании не покорятся иноземным захватчикам, несмотря на всю их беспримерную жестокость.
Он резко развернулся и хмуро воззрился на меня.
– Поначалу я подозревал, что Карлос Гали – бесхребетный ученый-идеалист, и сомневался, что он может нам пригодиться. Но теперь-то я вижу, что передо мной человек без принципов, готовый продать свою душу тому, кто больше всех предложит... то есть мне.
– И что же вы предлагаете, сеньор полковник?
–
Ну и что мог я сказать в ответ? Дескать, я вовсе не французский шпион, а всего лишь заурядный bandido и убийца?
Я встал и выпятил грудь.
– Будьте уверены, сеньор полковник. Я выполню эту миссию во имя народа Испании.
– Имейся у меня выбор, я бы предпочел зеленого новобранца, нежели такого ненадежного человека. Однако, увы, кроме вас двоих, у нас никого больше нет.
Я опешил.
– Кроме нас двоих? А позвольте узнать, кто второй?
– Ваш compadre.
– Какой еще compadre?
– Тот, который спас вам жизнь на Юкатане, во время нападения дикарей, брат Балтар.
Мария, матерь Божия! Так священник-инквизитор жив! Я перекрестился.
* * *
Нет справедливости в нашем мире. Я знал об этом с еще тех пор, как Бруто оклеветал меня на смертном ложе.
Ну скажите сами, разве правильно, что добросердечный идеалист Карлос умер от рук дикарей, в то время как этот подлый пес-инквизитор, приспешник самого Сатаны, жив и здоров?! Тогда, на Юкатане, Господь Бог явно что-то перепутал и допустил ошибку.
Придется мне самому исправить эту несправедливость.
Полковник упомянул, что брат Балтар не присутствовал на нашей первой встрече, потому что кардинал награждал его церковной медалью «за отвагу», проявленную на Юкатане. Пока я уносил ноги из колонии через Сисаль, святоша двинул в противоположном направлении, к южному побережью полуострова, и близ Тулума сел на каботажное судно, доставившее его в Картахену, где Балтар и взошел на борт корабля, отплывавшего в Кадис.
