Он вытащил из котомки пару сапог. Они размокли после недавнего патруля в джунглях, и Вистер просил их починить. Солдаты заботились о своей обуви самостоятельно, а в условиях постоянной влажности сапоги быстро разваливались. Несколько месяцев назад Ригар изобрел способ делать их непромокаемыми, смешивая бесполезную противочесоточную мазь с кипяченой мочой. Способ он хранил в секрете и за деньги принимал у товарищей заказы на починку.
– Вот, как новенькие.
Он швырнул сапоги Вистеру, который схватил их с таким восторгом, будто их украсили самоцветами:
– Ух ты! А точно будут непромокаемыми, прям как у Зольника?
– Ага. Гарантия военного сапожника Ригара.
Вистер с улыбкой протянул ему фляжку. Ригар понюхал содержимое и одобрительно хмыкнул:
– Неплохо.
– Лучшая можжевеловая водка в Бурз-аль-дуне, – сказал Вистер. – Это тебе.
Ригар кивнул. Может, сам выпьет, а может, продаст через несколько дней, когда опустеют фляжки у остальных бойцов в отряде. Змиерубам хорошо платили, а в лесной чаще хорошей выпивки было мало и она высоко ценилась.
Он по-быстрому сжевал шматок солонины с полусгнившим рисом. Неболёты вот уже почти год старались лишить врага источников продовольствия, но, к сожалению, и у самих Змиерубов пайки были ограниченны. Поговаривали, что скоро доставят провизию с плодородных земель Данфара, остававшегося единственной страной в Терре, которую не затронули война и голод. Ригару нравилась пряная данфарская кухня, но покамест он не особо верил слухам.
После ужина он вздремнул, а ближе к ночи его разбудил Дролл, мол, пора в караул. Ригар схватил оружие и отправился на крепостную стену, сменить бойца на посту. Первым делом он окинул взглядом темное поле – не прячется ли где-нибудь враг, но под лунным светом поблескивали лишь смятые доспехи мертвых воинов-ягуаров.
За ночь так ничего и не произошло. Когда наступили серые рассветные сумерки, Ригар не выдержал и ожесточенно зачесался.
– Не дрочи на посту, Ригар, – прозвучал за спиной голос Дролла.
– Да я не дрочу, лейтенант. Просто сыпь замучила.
– Мазь не помогает?
– Не то чтобы очень. – Ригар через силу перестал расчесывать зудящую кожу. – Ох, ради Этерниты, как они живут тут, в этом жутком лесу?
Дролл пожал плечами:
– Нормально живут, наверное. К местным же никакая хворь не пристает, их защищают лесные боги.
– Ха-ха, смешно, – фыркнул Ригар.
Дролл указал на поле и спросил:
– Ну как там?
– Туман и парочка драконов-дуболомов, но они далеко.
Змиерубы прибыли в Альмиру еще до возвращения драконов из Великого перелета. Хорошее было времечко. Впрочем, и тогда в Дайновой пуще было жутко: тысячи ползучих и летучих гадов, способных убить человека одним-единственным укусом. На второй день пребывания в чаще какой-то новобранец нечаянно разостлал скатку над гнездом гигантских ядовитых скорпионов, которые обкусали его с головы до ног. От боли он впал в беспамятство и выпустил себе в лицо арбалетный болт.
Теперь Ригар с тоской вспоминал то время, когда опасаться приходилось лишь скорпионов и кусачих муравьев. В Дайновой пуще драконов было больше, чем крыс в мясной лавке. Только за последнюю неделю в драконьих пастях погибли пятеро товарищей Ригара: три разведчика, которых отправили на поиски драконьих логовищ (это считалось очень опасной работой), а еще двоих накрыло прямо в лагере, когда они шли завтракать.
Как от этого защититься? Без завтрака боец – не боец.
– Не нравится мне это, – сказал Дролл, вглядываясь в туман. – Там могут прятаться Ягуары.
– А правда, что Бершад Безупречный тоже с ними? Ну, про головы же недаром рассказывают.
Две недели назад в четвертом секторе без вести пропали три патрульных отряда. Спустя пять дней в двенадцатом секторе обнаружили груду голов. Еще через несколько дней в пятом секторе нашли уцелевшего бойца, распухшего от комариных укусов. Он рассказал, что Бершад Безупречный и еще какой-то безумец в белом доспехе зверски перебили остальных солдат.
– Да-да, я слышал, – отмахнулся Дролл. – Херня это все. Боец бредил.
– Но…
– Валлен Вергун прикончил Бершада в Таггарстане, – оборвал его Дролл. – Я своими глазами видел.
– А кто же тогда убил императора Баларии? Призрак, что ли?
– Нет, конечно. Но на месте хореллианского гвардейца, по вине которого император отправился в последнее плавание, ты бы тоже наверняка придумал какую-нибудь хреновую побасенку про легендарного Бершада Безупречного.
Выслушав это вполне правдоподобное объяснение, Ригар собрался было с ним согласиться, но тут появился аколит 408. Ригар оцепенел, да и Дролл тоже заметно напрягся. Оба обернулись и отдали честь серокожему великану.
– Докладывай.
– Все чисто. Только туман и ящеры.
Аколит безжизненным взглядом окинул лесные заросли.
– Может, истуканов сделали просто для отвода глаз, – сказал Ригар, отчаянно надеясь, что жуткое страшилище уйдет.
Аколит повернулся к нему:
– Держитесь настороже. И без панибратства.
– Я обхожу периметр и проверяю боевой дух солдат, – сказал Дролл. – Никакого панибратства.
