– То есть, ты хочешь сказать, что ты не при исполнении? И ты совсем не пытаешься любым способом накопать на мою семью побольше грязи?
Шелби, все еще не понимая, о чем речь, взяла Мюриел за руку.
– Я просто подумала, что после сегодняшнего кошмара тебе бы не помешала дружеская поддержка. Я готово предложить тебе плечо или свободные уши. Что тебе сейчас больше нужно?
Мюриел взглянула на многозначительно прикоснувшуюся к ней ладонь и внезапно почувствовала омерзение, а в груди начал нарастать ледяной ком. Нет, все это не было дружеской встречей, и Шелби отнюдь не собиралась утешать несчастного адвоката. Агент ФБР, пустив в ход все свое очарование, лишь пыталась воспользоваться слабостью Мюриел, чтобы продвинуться в расследовании.
– М-м-м, звучит чудесно. Не могла бы ты меня извинить, я на минуточку.
– Да, конечно. Тебе взять еще выпить?
Мюриел покачала головой, встала и взяла пальто. Не успела Шелби спросить, почему она уходит, Мюриел уже была у стойки. Шелби обернулась, чтобы проследить, куда та собралась.
Девушка-бармен перегнулась через стойку и приветственно протянула Мюриел руку, словно была ее старой подругой. Она понимающе кивнула, когда Кэйси что-то сказала ей на ухо. Шелби заметила, как Мюриел показала пальцем сначала на тот столик, где они сидели вместе, а потом на другой, ближе к стойке, в углу. Мюриел расплатилась, оставив щедрые чаевые, а потом покинула бар, отсалютовав сначала Шелби, а потом Лайонелу и Джо.
Двери лифта закрылись прямо перед носом Шелби, которая не успела даже объяснить Мюриел, что не знала о присутствии своих коллег. Все надежды построить доверительные отношения вылетели в трубу со скоростью, которая была куда выше, чем скорость лифта, уносившего Мюриел на первый этаж.
Шелби пребывала просто в отчаянии: ей нравилась работа в Бюро, но ведь в жизни должно было оставаться хоть что-то, не принадлежащее правительству.
– И какого же черта, спрашивается, вы тут делаете? Мне не особенно нравится, когда за мной шпионят, – в ярости она подошла к столику, за которым сидели двое ее коллег.
– Перестань, Шелби. Ты сама этим на жизнь зарабатываешь, – проговорил Джо, пытаясь обернуть все в шутку. – Мы просто хотели убедиться, что с тобой все будет в порядке. Я бы не вынес, если бы ты попала под перекрестный огонь, а меня не было рядом, чтобы спасти тебя.
– Вам, идиотам, в голову не приходило, что это может быть не связано с работой? Она сегодня потеряла двух своих людей, потому что какой-то ублюдок решил отомстить ее сестре. Я всего лишь хотела помочь ей справиться с этим!
– Прости, конечно, но вообще-то у нас есть еще причина на то, чтобы быть здесь, – отозвался Лайонел. Он замолчал, когда к столику подошла та самая девушка-бармен, с которой говорила Мюриел. Лучезарно улыбаясь (на такую улыбку Шелби не могла не ответить), она поменяла пепельницу и проворковала:
– Мюриел перед уходом попросила меня подать вам еще по одной. За ее счет, так что, если вам что-то понадобится, просто скажите.
Шелби взяла бокал.
– А что это?
– Мы его обычно зовем «жирный куш».
– Обычно? – переспросил Джо.
– Да, но сегодня Мюриел оставила такие чаевые, что имеет право переименовать его, как ей угодно. Так что наслаждайтесь коктейлем под названием «А ближе не подберешься». Или лучше во множественном числе?
– Ах, да, они же так близки, – прошептала себе под нос Шелби, имея в виду сестер Кэйси. Она осознала, что теперь у них ничего не получится с Мюриел, как когда-то с Кейн. Да, Шелби и Мюриел очень сильно нравились друг другу, но и пропасть между ними оказалась слишком широка.
Следующим утром врач изучал раны Кейн несколько дольше обычного. Без повязки они выглядели ужасающе, но доктор Элтон заключил, что уже через месяц Кейн могла бы вернуться к своему обычному ритму жизни.
Кейн и Эмма улыбнулись, когда доктор осторожно заметил, что для этого Кейн придется еще, как минимум, на две недели остаться в больнице, чтобы он мог наблюдать ее.
– Доброе утро, – поздоровался санитар Тод, входя в палату через мгновение после того, как ее покинул мистер Элтон.
В руках Тод держал стопку полотенец. Он работал в утреннюю смену и всегда начинал с палаты Кейн. Последние сутки его боссу удавалось перехватить только разговоры, которые велись в палате, однако два чека, на сотню долларов каждый, грели карман Тода, а это значило, что вскоре ситуация должна была измениться.
– Сделай все, как обычно. Только убедись, что поставил «жучки» в местах, где на них не попадет вода, – его приказ позволил Тоду возомнить из себя шпиона. Санитар внимательно оглядел ванную и решил установить прослушивающее устройство под крышкой крепления для туалетной бумаги.
Тот факт, что он общался с федеральным агентом, добавлял Тоду значимости в собственных глазах, и он даже готов был проявлять инициативу. К примеру, предложил сделать несколько снимков, если люди из Бюро снабдят его достаточно маленькой камерой.
Отложив в сторону полотенца, санитар нагнулся к установленному «жучку» и прошептал:
