Ярость и рассвет полностью

– Неужели обязательно всегда быть таким мерзавцем? – ледяным голосом поинтересовался Халид, меряя капитана дворцовой стражи недовольным взглядом и стискивая кулаки так, что побелели костяшки.

– Ты несправедлив ко мне. Признай, что я веду себя так только в исключительных случаях при крайней необходимости. И иногда стараюсь исправиться, если того требует ситуация.

– Не думаю, что тебе знакомо само понятие вежливости.

– Не ты один страдаешь от последствий принятого решения. Несомненно, ты несешь основной груз ответственности и все же помни: тебе есть на кого опереться. Не бери на себя больше, чем необходимо. Позволь мне помочь. Я буду рад разделить с тобой это бремя. И именно это пытаюсь тебе сказать.

Халид смел в сторону свитки и подошел к окну, которое располагалось по правую руку. Мраморная арка обрамляла полуденное небо над головой. Легкий ветерок заносил в помещение насыщенный аромат цветущей в саду сирени и шуршал разбросанными на столе страницами, маня и обещая несбыточное.

Взгляд Халида затуманился от воспоминаний о блестящих черных локонах, разметавшихся по разноцветному шелку, и о полуприкрытых карих глазах. Он закрыл ставни, но, к сожалению, аромат бледно-лиловой сирени никуда не делся.

– Теперь ты испытываешь неприязнь не только к солнечному свету, но и к цветам? – заметив раздражение Халида, усмехнулся Джалал.

– Только к этим.

– И чем же сирень заслужила монаршее неудовольствие? – вместо ответа на этот вопрос последовало напряженное молчание, и Джалал все понял, а потому предложил: – Можно велеть садовнику выкорчевать растения или пересадить.

– Нет.

Улыбаясь про себя, Джалал откинулся на подушки, сложил пальцы в замок на животе и уставился на мозаичный потолок кабинета, а спустя несколько минут произнес:

– Халид?

– Как, ты еще здесь?

– Терпеливо ожидаю, когда ты снизойдешь и решишь поделиться со мной своими тревогами. – Халид лишь молча покачал головой и раздраженно вздохнул, кинув косой взгляд на Джалала. – Я могу сидеть тут весь день. Как ты соизволил отметить, мятежные настроения в городе улеглись… на какое-то время, – заявил тот, скрещивая ноги в лодыжках и устраиваясь удобнее.

– Отлично. Тогда уйду я, – сказал Халид, после чего решительно направился к дверям и распахнул их.

Джалал последовал за ним, точно зловещая и неотступная тень, насвистывая на ходу. Когда они пересекли зал с куполообразным потолком из агата с синими прожилками, звук эхом отразился в высоком помещении, и на челюсти Халида заходили желваки.

– Мы родственники, мой повелитель, – насмешливо прокомментировал Джалал, от внимательного взгляда которого не ускользнула реакция халифа на свист. – Я могу быть таким же упрямым, как и ты. Лучше открыться мне сразу, ведь рано или поздно все равно придется это сделать, чтобы избавиться от моего надоедливого присутствия.

Пройдя еще несколько шагов по мраморному коридору, Халид взглянул на Джалала и сказал:

– Селим планирует нанести визит в Рей на обратном пути к Амардхе. Через две недели.

– Этот… джахкеш? – выругался капитан стражи, замирая на месте. – Но с какой целью?

– Разве не очевидно?

– Может быть, для вас. Уж будьте так любезны и просветите своего неразумного слугу.

– Шахразада.

– Конечно. – Спустя несколько секунд Джалал понял, что имел в виду халиф, и презрительно рассмеялся. – Главный блудник Парфии желает взглянуть на новую жену правителя Хорасана.

– И наверняка в сопровождении Ясмин.

– Марг-бахр, Селим эль-Шариф! – искренне пожелал султану Джалал, выразительно проводя указательным пальцем по шее, чтобы продемонстрировать, какой именно судьбы хотел бы для нежеланного гостя. – И что вы собираетесь предпринять, мой господин?

– Твой отец считает, что на время визита Шахразаду разумнее отослать прочь, – ответил Халид. Джалал лишь фыркнул. – Ты не согласен?

– Конечно.

– И почему же?

– Потому что если этот джахкеш желает полюбоваться на будущее Хорасана, то не могу придумать лучшего способа, как продемонстрировать ему вас вдвоем, – заявил Джалал, поворачиваясь к халифу. – Шахразада аль-Хайзуран вселяет в вас уверенность. Вместе вы непобедимы.

– Ты убежден в собственной правоте, – отметил Халид, вглядываясь в горящие глаза собеседника.

– Так и есть. И вы не сомневайтесь, мой господин. Доверьтесь мне. И доверьтесь ей.

– И тогда стану непобедимым? – язвительно передразнил халиф, но на лице его отразился легкий интерес.

– Да. Вы вдвоем.

– И оба мы не слишком надежные люди, Джалал.

– Позвольте не согласиться. На Шахразаду можно положиться. Она дерзкая и непредсказуемая, однако тверда в своих убеждениях. Вы же действительно сложный в общении и суровый по характеру, зато эти качества проявляются с завидным постоянством, – ухмыльнулся Джалал.

– Значит, ты хочешь, чтобы я отправил Шази на съедение волкам?

– Шази? – еще шире улыбнулся капитан аль-Хури. – Честно говоря, я скорее склонен пожалеть несчастных волков.

– Прошу, хоть ненадолго побудь серьезным.