Старик застонал, срывая риду с головы и топая ногами в грязи. Он начал заламывать руки, и ужас на его лице проступил с неоспоримой ясностью.
Тарик наблюдал за этим мелодраматичным представлением, пока больше не смог этого выносить, а потом, обреченно вздохнув, спешился со своего жеребца.
– У вас есть веревка? – спросил он старика, снимая капюшон с головы.
– Да, сагиб. – Человек начал кланяться, снова и снова.
– Это не обязательно; я не ваш сагиб.
– У сагиба чудесная лошадь. Прекрасный меч. Он определенно сагиб.
Тарик опять вздохнул.
– Дай мне веревку, я спущусь вниз за ведром.
– Ох, спасибо, сагиб. Вы очень добры.
– Не добр. Просто хочу пить, – криво улыбнулся Тарик. Он взял у мужчины веревку и закрепил ее на столбике над колодцем. Потом замер в размышлении. – Не пытайтесь украсть моего жеребца. Он зверь с характером, и вы на нем далеко не уедете.
Старик затряс головой с таким рвением, что Тарик подумал, будто это может вызвать у него травму.
– Я не стал бы делать подобные вещи, сагиб!
Эмоциональность ответа давала повод сомневаться в его намерениях.
Тарик внимательно изучал мужчину, перед тем как выпрямить левую руку и свистнуть куда-то в небо. Зорая комком перьев и опасных когтей устремилась вниз с облаков. Старик закрыл лицо дрожащей рукой, отгораживаясь от острой опасности хищника.
– Ей нравится начинать с глаз, – промолвил Тарик хмурым тоном, когда Зорая расправила крылья над его кожаной манкалой и посмотрела на мужчину.
– Я не сделаю ничего постыдного, сагиб!
– Хорошо. Вы живете где-то неподалеку?
– Я Омар из бедуинов.
Тарик еще раз оглядел человека перед ним.
– Омар из бедуинов, я хотел бы предложить вам сделку.
– Сделку, сагиб?
– Да. Я достану ведро из колодца и помогу вам наполнить бурдюки водой. Взамен хотел бы узнать кое-что о вашем племени и шейхе.
Омар почесал бороду.
– Зачем безымянному сагибу сведения о моем племени?
– Не волнуйтесь, я не желаю им зла. Я очень уважаю бедуинов. Мой отец купил эту лошадь у вашего соплеменника несколько лет назад, и он всегда говорил, что пустынные странники являются одними из лучших наездников в мире.
– Одними из лучших? – Омар широко улыбнулся. – Мы лучшие, сагиб. Без сомнений.
Тарик ответил ему неопределенной улыбкой.
– Мы договорились?
– Я думаю, да, сагиб. Тем не менее могу ли задать последний вопрос?
Тарик кивнул.
– С какой целью вы ищете бедуинов?
Юноша на мгновение задумался. Этот старик был, в лучшем случае, слугой. Скорее всего, реликвией, которую каждый день отправляли за водой, с тем чтобы сохранить видимость его полезности в столь преклонном возрасте. Поделиться с ним информацией казалось довольно безвредным действием.
– У меня к ним есть деловое предложение.
– Деловое предложение? – прокудахтал Омар. – Бедуинам? Почему богатому молодому сагибу нужна помощь пустынного странника?
– Я ответил на ваш вопрос. Мы договорились?
Темные глаза Омара блеснули.
– Да-да, сагиб. Договорились.
Тарик направил Зораю на жердочку вверху колодца, а потом повернулся к лошади с намерением снять свой изогнутый лук. Он забросил колчан на спину и перекинул древко через грудь, потому что не был настолько глуп, чтобы оставить оружие. Наконец, прежде чем залезть на камень и известковый край колодца, дернул за веревку с целью убедиться, что она завязана прочно.
Колодец был шириной с человека и по глубине в два раза превышал его рост, так что ему было не особо сложно спуститься вниз и схватить деревянное ведро, плавающее на поверхности воды. Вскоре Тарик забрался наверх по углублениям в камне и вылез наружу в оранжевых сумерках пустынного заката.
Он передал ведро Омару.
– Я предлагаю привязать веревку к ручке, для практичности в будущем.
Омар засмеялся.
– Мудрое предложение!
Двое мужчин начали наполнять бурдюки водой и цеплять их на верблюдов, ожидавших неподалеку.
– Так с каким племенем бедуинов вы путешествуете? – спросил Тарик.
Омар улыбнулся.
– Я езжу с семьей аль-Садик.
– Я слышал это имя раньше.
– Многие говорят, это великая семья. Из древнего рода могущественных пустынных странников.
– Кто ваш шейх?
– Сын рода аль-Садик в шестом поколении. Некоторые утверждают, он немного странный. Он учился в Дамаске в течение определенного времени, перед тем как вернуться в пустыню.
– И что именно он изучал в Дамаске?
– Изготовление мечей. Он освоил ремесло железа и стали, сагиб.
– Что же заставило его изучить основы этой профессии?
Омар пожал плечами.
– Он считает, такое знание дает ему преимущество над врагами.
Тарик задумчиво кивнул.
– Он похож на интересного человека.
– Так же, как и вы, сагиб. Но я самый любопытный: что именно вы хотите от бедуинов?
Тарик уклонился от ответа.
– Это личное.
– Личное? – засмеялся Омар. – Значит, вы пытаетесь свергнуть члена семьи или… завоевать сердце женщины.
– Что?
– Зачем еще молодому богатому сагибу иметь дело личного характера с бедуинами? Так что из этого? Ваш отец – презренный деспот из древних преданий? Вы тот герой, которому жаждут служить ваши люди?
Юноша перевел взгляд вниз на Омара.
– Ах! Значит, вы пытаетесь завоевать сердце красивой молодой девушки.
Тарик повернулся к своей лошади.
