— Если это компьютер-женщина, — рассуждал вслух Чиун, — то как же должен выглядеть компьютер-мужчина?
— Почему вы не спросите об этом меня, Мастер Синанджу?
Чиун невольно отступил назад.
— О машина, ты знаешь меня?
— Да, — вы Чиун, последний Мастер Синанджу. Молодой человек с европейской внешностью — Римо Уильямс, ваш преемник и ученик. Вы — оперативные сотрудники КЮРЕ с правом уничтожения враждебного Америке и свободному миру элемента. С использованием нетрадиционных методов.
— Ты слышал, Римо?! — возопил Чиун.
— Да, эта штука все про нас знает.
— Мало того, она заявила, что я не уважаю традиций. Услышать такое от низшего существа, да еще женского пола! — Чиун воинственно выпрямился. — О, Император, эта машина обладает сведениями, опасными для нашего дела. Должен ли я немедленно истребить ее?
— Нет, нет, — поспешно ответил Смит. — Собственно говоря, “Квантум-3100” — новый член нашей организации. Все, что знаем мы, знает и она.
— А это что? — Римо указал на лежавший на столе Смита сверток в цветастой обертке, перевязанный яркой ленточкой.
— О, совсем забыл. Это для вас с Чиуном.
Лицо Римо расплылось в растерянной улыбке.
— Ну, Смитти... Даже не знаю, что сказать. Первый раз на моей памяти мы получаем от вас рождественские подарки. А я-то ломал голову, чего ради вы обвешали вашу новую игрушку мишурой?
Взяв сверток, Римо принялся его разворачивать. Этому всячески мешал Чиун, который, немедленно оказавшись подле Римо, хватал его за руки, причитая: “Дай посмотреть! Ну, дай посмотреть!”
— Погоди же минутку, папочка. Сейчас все увидишь!
— Один — вам, один — Чиуну, — пояснил Смит.
Внутри свертка оказалась простая картонная коробка; когда Римо, открыв, заглянул в нее, лицо его вытянулось.
— Это шутка такая?
— Какая? Что там? — наседал Чиун. Вместо ответа Римо протянул ему коробку. В коробке что-то гремело, перекатываясь.
— Ух ты, — просиял Чиун. — Как красиво. А что это?
— Это фруктовые конфетки, папочка, — мрачно пояснил Римо. — Прозрачную коробочку видишь? Поднимаешь крышечку, конфетка — тебе в ладонь... и можешь сразу нести ее к унитазу.
— Ваша щедрость не знает границ, Император, — по-прежнему сияя, Чиун неистово кланялся.
— Чиун, ты, наверное, совсем спятил? Если только мы попробуем съесть хотя бы одну из них, все эти фруктовые концентраты и консерванты убьют нас на месте!
— Без сомнения, — согласился Смит.
Римо и Чиун изумленно на него уставились.
— Все дело в том, что фруктовые конфеты — лишь маскировка.
— Тогда что же это? — хмуро спросил Римо. Он заметно погрустнел. Римо был сиротой, и рождественские подарки до сих пор немало для него значили...
— Это карманная система связи. Стоит только мне нажать эту кнопку... — Смит нажал что-то под столом.
Коробки с леденцами в руках Римо и Чиуна начали издавать мелодичное бибиканье.
— Какая прелесть! — едва не захлопал в ладоши Чиун. — Музыкальная шкатулка.
— Дудка хренова, — настроение у Римо явно не поднялось.
— Называй как хочешь, — отмахнулся Чиун. — Послушай, какая чудесная музыка! Она напоминает мне корейские свадебные песни.
— Вот это точно, — угрюмо кивнул Римо, швыряя свою коробку на стол.
— Пожалуйста, осторожнее. Устройство стоит немалых денег.
— Обычной автомобильной сигнализации, Смитти, было бы вполне достаточно. И ее не было бы нужды маскировать под конфетки.
— Это не обычная сигнализация. Во-первых, работает она через спутник, с ее помощью вы можете вызвать меня из любой точки планеты. Видите? — Смит нажал кнопку на крышке, и дно коробки отвалилось, явив взору Римо динамик и кнопку рядом. — Вы нажимаете кнопку — я слышу вас. Отпускаете — и слышите то, что я вам отвечаю. Звук, который издает устройство — сигнал, что вам необходимо связаться со мной. Продолжительный звук — вот такой, — Смит нажал под столом другую кнопку, — извещает о том, что вам необходимо немедленно вернуться в “Фолкрофт”.
— Значит, это не музыкальная шкатулка? — С лица Чиуна медленно сходило счастливое выражение.
— Устройство также является источником постоянного сигнала, по которому я всегда могу определить ваше местонахождение. С этого момента между нами будет постоянная связь. Подумайте сами, Римо. Больше вам не придется тратиться на телефонные звонки и запоминать шифры.
— А конфетки-то для чего?
— В случае, если вы оказались в плену и существует опасность того, что из вас вытянут могущую нам повредить информацию, вы открываете коробку и глотаете одну из конфет.
— Не хотите же вы сказать...
— Совершенно верно. Яд. Смерть мгновенная. Никаких ощущений. Ампулу с таким же веществом я ношу на себе с того самого дня, как была основана наша организация.
— Может, он повредился в уме? — шепнул Чиун Римо.
— Уж по крайней мере переработал.
— Но это, — миролюбивым тоном закончил Смит, — всего лишь мера предосторожности.
Одарив шефа деревянной улыбкой, Чиун снова шепнул:
— Одно то, что он думает, будто Мастера Синанджу можно взять в плен — а тем более выведать у него секреты, — доказывает, что Император серьезно болен.
Римо кивнул.
