– Ли! Я бы хотела с тобой поговорить.
Я последовал за ней в ближайшую смотровую будку, которую инструктор использовал в плохую погоду, чтобы следить за нами из укрытия. Она закрыла за собой дверь, но пол у нас под ногами вибрировал от гула огромной толпы.
– Ли… что-то происходит.
Только сейчас я увидел, насколько потрепанной выглядела Хейн, как будто провела ночь без сна.
– Кто-то, – заговорила она, – собирал информацию для Триархов-в-Изгнании. Газеты, другую информацию. Они встречались с новопитианскими наездниками по ночам на острове Мертвых.
Остров Мертвых, расположенный на дальней стороне Крепости, был самым удачным местом, где приземлившегося дракона никто из города не заметил бы. Я попытался понять, что она имела в виду.
– Вот как они узнали, где находятся наши зернохранилища?..
– Возможно, но сейчас меня волнует не это. Ли, мне повезло, что отчет о наблюдении попал ко мне на стол. Доступ к этому острову закрыт. Ключи от него имеются только у каллиполийских чиновников Министерства по иронии судьбы, а единственная причина, по которой вражеских драконов заметили, – это приказ Антигоны сюр Аэла о строительстве памятника драконорожденным, убитым в Дворцовый день. – Хейн начала презрительно хмуриться, как вдруг осознала, какое отношение я могу иметь к этому проекту, и выражение ее лица тут же изменилось. – Дело в том, что это осуществляется изнутри, и я не знаю кем. Это значит, что Орден Черного Клевера гораздо более вездесущ, чем мы думали.
– Орден?..
Хейн нетерпеливо щелкнула пальцами:
– Это триархистская группировка. Они были более-менее активны в годы после Революции. Мой отдел… не поощряет их обсуждение. Даже внутри отдела. Ты вряд ли слышал, чтобы о них упоминали во время обходов.
Теперь ясно, с кем сотрудничал Ричард Тиндейл в прошлом семестре, когда пытался склонить меня на сторону моей семьи. Но Тиндейл не сотрудник Министерства. Островом Мертвых занимался кто-то другой.
Снаружи раздались аплодисменты, а после сквозь стекло послышался голос глашатая. В толпе нарастало нетерпение.
– Нам обязательно разбираться с этим именно сейчас?
Хейн кивнула, накручивая прядь волос на палец, и, прищурившись, посмотрела в пыльное окно.
– Я думаю, стоит ли нам проводить сегодня Народное Собрание.
После нескольких недель, в течение которых совершенно разные люди толкали меня то в одну, то в другую сторону, желая получить от меня больше, чем я готов был дать, ее слова вызвали у меня лишь раздражение, и я стиснул зубы.
Народное Собрание – то, чего хотел народ Каллиполиса. То, за что мы боролись на улицах, в чем народу отказывалось в течение многих лет. Шанс быть услышанными вне зависимости от того, кем они родились, где живут или как сдали тест.
Я оценил все риски, прислушавшись к мощному гулу за окном.
– Есть какая-то причина, по которой
– Нет, не совсем, но…
– Тогда я не отменю его. Мы можем обсудить Орден Черного Клевера после.
Я и так достаточно долго шел на уступки. И больше не собирался этого делать.
Миранда шумно выдохнула.
– Хорошо, – согласилась она.
Мы вышли на арену, и воздух буквально взорвался от шума. На валах поблескивали мундиры революционеров, гвардия Защитника собралась под трепещущими красно-черными знаменами, на которых революционный дракон выдыхал четыре огненных кольца. Миранда Хейн оставила меня у подножия лестницы, ведущей в дворцовую ложу, где сидели Атрей и Верховный Совет, как и во времена прошлогодних турниров. Я поднялся на выступающую каменную платформу Орлиного Гнезда.
И только ступив на площадку Орлиного Гнезда, я понял, что происходит.
Других стражников здесь не было.
Они давно должны были прибыть сюда. Планировалось, что они придут пешком, а не на драконах в качестве символического жеста, что сегодня мы все стояли на земле.
Но я был единственным стражником, который присутствовал здесь. В Орлином Гнезде – пусто. Возможно, они опаздывали…
И тут я обратил внимание на кое-что еще. Арену окружали крепостные валы, граничащие со стенами Внутреннего Дворца; стражники быстро спускались по лестнице, словно привлеченные сигналом тревоги внизу. Какие бы звуки они ни производили, их заглушали тысячи голосов с трибун.
Толпа, приветствующая мое появление криками, скандирующая «Сын Революции», не замечала ничего неладного. Как и Атрей, который подошел к перилам дворцовой ложи и громко провозгласил:
– Я представляю вам Ли сюр Пэллора, стражника Каллиполиса и преемника Защитника, назначенного Консультативным Советом Золотых, обладающего правом по законам Революции созывать Народное Собрание.
И он отступил назад. Я набрал полную грудь воздуха, отрывая взгляд от крепостных валов и пустых скамеек в Орлином Гнезде, где должны были сидеть стражники.
Этот момент я проживу, не отвлекаясь на посторонние мелочи.
Я подошел к краю площадки Орлиного Гнезда, прислушиваясь к ликованию толпы и чувствуя, как оно наполняет меня триумфом.
Да. Так все и начнется.
Я набрал воздух в легкие, как это обычно делал Пэллор, когда готовился выстрелить, и заговорил:
