Следующим вечером у нашего костра Антигона открыла новую книгу.
– Это «Революционный манифест Атрея Атанатоса», – поведала она. – Я думаю, ты готов его прочитать.
Я проговаривал слова, по одному мучительному слогу за раз, пока перед моими глазами не возникло целое предложение.
По позвоночнику расползся холодок. От этих слов. От того, что я их вообще читал. Сидящая рядом со мной Антигона, казалось, затаила дыхание.
Я представлял, как чувствовал себя Дело, нежась в моих объятиях; думал о словах, которые он читал мне дрожащим голосом:
– Энни, расскажи мне, что случилось во время Кровавого месяца.
– Тебе не рассказали? – В ее голосе прозвучало удивление.
– Я хочу услышать твою версию.
– Повелители драконов были разлучены со своими драконами. Драконы были отравлены. А члены Трех Семейств были истреблены до последнего мужчины, женщины и ребенка.
Эта версия ничем не отличалась от той, что я слышал. Но когда она произнесла эти слова, в ее голосе слышалось скорее тихое благоговение, а не ужас, от которого перехватывало дыхание. Для нее это было началом, а не концом.
Началом, которое она представляла для моего народа.
Я снова опустил взгляд на «Революционный Манифест», думая о Дело, чувствуя, как земля уходит из-под ног.
Я закрыл книгу узурпатора и отдал ей.
– Мне пора возвращаться.
Я летел, прорываясь сквозь ночь, пока слова прокручивались в моей голове снова и снова:
Впервые в жизни я забыл сначала прижать ухо к двери.
И впервые в жизни, когда она отворилась, Дело оказался не один.
С ним находились его брат и сестра, которые сидели за столом с чашками чая, разглядывая что-то похожее на карту. Этело смеялся над словами Феми. Увидев меня, они тут же замолчали.
– Грифф? – безучастно произнес Дело.
Густые черные волосы Феми, обычно убранные в косы, рассыпались по плечам. Она постукивала пальцем по виску и, прищурившись, разглядывала меня, а затем обернулась к Этело. Они были близнецами – стройные, более долговязые копии Дело, младше нас на три года.
– Я же тебе говорила, – сказала Феми Этело.
Этело был отвергнутым, претендент, не принятый драконами, но, несмотря на это, он обожал шутить над собой и над другими. Он восхищенно присвистнул, и Дело поднялся из-за стола.
– Мы долгие годы ждали этого, брат. – Он приподнял чашку с чаем, словно собирался произнести тост, и отвесил низкий поклон: – Сердечно поздравляю вас обоих.
– Убирайтесь! – прикрикнул Дело.
Феми взяла Этело за руку.
– О, уже уходим. Оставляем вас…
Заливаясь смехом, она вытащила своего брата-близнеца из комнаты, и эхо от их хохота звонко разносилось по коридору. На мгновение мы оба застыли на месте. Дело первым пришел в себя:
– Наверное, мне стоит пойти за ними. Попросить их не…
Рассказывать. Но с Этело и Феми это было практически невозможно. Они все разбалтывают Роксане, а Роксана – всем остальным.
– Да.
– Я сейчас вернусь…
Он ушел. Я подошел к столу и посмотрел на карту. Нет, не на карту. На план города – Каллиполиса. С обозначением некоторых зданий. Заголовок был написан каллийскими буквами, но Дело сделал перевод каждого слова на драконий язык, и я прочитал слова, выведенные его почерком:
Я пристально вгляделся в лист бумаги. Дверь позади меня со скрипом открылась, и я резко вскрикнул.
– Они просто невыносимы. – Дело поморщился, а затем посмотрел прямо мимо меня на чертеж, который я изучал.
– Что это? – спросила я.
– Информация. О Каллиполисе. Отец попросил нас спланировать воздушный удар.
– По этим местам?
Дело кивнул.
– Что это такое?
Он заколебался:
– Оружейные арсеналы.
Я бросил на него задумчивый взгляд. А затем, вместо того чтобы держать рот на замке, заговорил:
– Нет, это не так.
Дело взглянул на меня. Я указал на слово «зернохранилище». Дело, посмотрев на слово, перевел взгляд на меня.
– Понятно, – ответил он. Только и всего. И затем начал сворачивать план. Его лицо внезапно осунулось. И, прежде чем отвернуться от меня, он добавил: – Ты по-прежнему в огнеупорном костюме. Близнецы заметили.
