Яростные тени полностью

Лоу предал Адама, своего лучшего друга. Неужели удивительно, что и с ней он поступил также?

На узких ступеньках раздались шаги. Лестница, должно быть, вела в квартиру над магазином. Показался Адам, вытиравший руки полотенцем. Узнав гостью, он просиял, а потом встревожился и окинул ее настороженным взглядом.

– Доброе утро, мистер Голдберг, – резко поздоровалась она.

– Хэдли…

Стелла подняла голову от рисунка и моргнула. Ее круглое личико расплылось в улыбке. Она бросила карандаш и направилась к Хэдли, но неуверенно застыла на полпути и в поисках защиты, отошла к отцу.

Адам посмотрел через плечо посетительницы.

– А Лоу тоже здесь?

– Когда мы расстались прошлой ночью, его собирались отвезти в тюрьму.

– Господи, что произошло?

Хэдли достала из кармана пальто золотого крокодила и поставила его на стеклянную крышку стола, под которой лежали ряды золотых и серебряных карманных часов на отрезе бордового бархата.

– Это случилось. Вчера вечером мы столкнулись с Монком Моралесом. Полагаю, вам прекрасно известна данная статуэтка.

Адам тихонько выругался на идише.

Хэдли повернула крокодила к себе.

– Превосходная работа, должна сказать, вы меня одурачили, а это многое значит. Но оказалось, что покупатель, мистер Сэмюэль Левин, очень зол, что его надули, поэтому приказал арестовать Лоу.

Адам положил руку на голову Стелле и притянул ее к себе, будто защищая.

– А он знает, что фальшивую статую изготовил я?

– Нет, я сама додумалась. – Хэдли вытащила маленькую золотую перекладину. – Я должна была понять: странно ведь, что вы лишь храните вещи для Лоу, особенно после того, как он рассказал, что Велма Туссен зачаровала сейф с ценностями. Если сейф защищен магией, почему Лоу не установил его в своем доме?

Адам поник.

– Ну да, почему. – Он усадил дочь за столик, закрыл магазин, опустил жалюзи и исчез за дверью. Через минуту он вернулся с коробкой, напоминающей сундучок, черная поверхность которого была покрыта красными символами.

– Накройте стекло, – попросил он.

Она развернула коричневую кожу на стеклянном прилавке. И тут же поняла зачем: коробка была слишком грубой и могла поцарапать поверхность.

– Чугун, – пояснил Адам. – Велма утверждает, что он скрывает вещи. Похоже, работает, поэтому у меня нет причины сомневаться в ее словах.

В ту же минуту, как он открыл замок и поднял крышку, Хэдли поморщилась и отвернулась. От содержимого исходила такая сильная черная энергия, что ее можно потрогать.

Адам издал низкий горловой звук.

– Вы это ощущаете? Лоу тоже. К счастью, мы со Стеллой не такие чувствительные. – Он вытащил два предмета из коробки и положил их на кожу. – Это оригинал, а вот – сделанная мной копия.

Стараясь не обращать внимания на мерзкую энергию, Хэдли склонилась над столом и от удивления открыла рот. Два одинаковых амулета, состоящих из основания Осириса и двух перекладин.

– Боже милостивый! Вы его копировали по найденным нами частям?

Адам кивнул.

– Лоу хотел сделать копию, чтобы… – Он отвел карие глаза, опустил взгляд и кашлянул.

– Да, он признался мне, – ответила Хэдли. – Собирался обмануть моего отца на сотню тысяч долларов, а оригинал продать другому.

– Не продать… а оплатить долг Монку за фальшивую статую крокодила. Монк без колебаний способен пустить пулю в лоб тому, кто вызвал его неудовольствие.

– Да, именно это он чуть не сделал прошлой ночью. – Хэдли взяла копию амулета и взвесила на ладони, сравнивая с подлинником. Не считая сильной энергии, исходящей от артефакта, она не ощущала никакой разницы. Даже красноватый оттенок золота был выбран правильно. И Лоу собирался отдать настоящий амулет в уплату долга Монку? Конечно, ему нужно было много наличных, но он ведь мог попросить помощи у брата-бутлегера. Черт, если бы он честно рассказал ей и попросил выручить, она бы с легкостью помогла ему с деньгами.

– О боже! – Адам вздохнул и почесал затылок. – Интересно, позвонил ли он брату, чтобы тот внес за него залог?

– Я связалась с полицейским участком час назад и узнала, что Лоу не сделал положенный ему звонок.

– Возможно потому, что Уинтер сдерет с него кожу живьем, если узнает. А гордость Лоу больше Золотых ворот, вы же заметили.

Хэдли не понимала, откуда у лгуна и мошенника вообще осталась гордость. Жаль, что она не может его поколотить и вбить немного здравого смысла в голову этого глупца, чтобы показать всю нелепость его действий. Насколько он упертый, что уничтожил то, что было между ними из-за такой бессмыслицы, как деньги, и такого бесполезного чувства, как гордость.

– Какая красота, – прошептала Хэдли, снова опуская фигурку на кожу. – Не знаю, как вам это удается, но сходство полное. Я со своим опытом не могу отличить фальшивку. Изумительная работа.

Адам пожал плечами и махнул рукой. Прошло несколько секунд тишины, пока он прошептал:

– Знаете, он вас любит.

От новой волны боли ее глаза снова наполнились слезами.

– Влюбленные не лгут друг другу.

– Вы ошибаетесь. Как раз влюбленные лгут больше всего.