– Типа «Рука Всевышнего отечество спасла». Помнишь, опера такая была?
– Тут как бы с водой не выплеснуть младенца. Ради демократии давайте задушим демократию? Тогда и не надо было ее спасать.
– Нет, не так. Не «ради спасения демократии задушим демократию». А ради спасения государства задушим демократию.
– В этой постановке слово «государство» вообще превращается в абстракцию.
– Почему? Государство бывает недемократическое. И ничего ему от этого не делается.
– Понятно. В таком случае я не считаю, что его нужно было спасать. Тогда оставьте мне то, слабое, демократическое. Мне оно больше нравится.
– А, вот как? Тогда назначь обратно президентом дедушку Боба, верни сюда Гуся с Березой и отдай им телевизор.
– Нет. Телевизор можно не возвращать. Мы и без этих телевизионных «гениев» перебьемся.
– Ну тогда какая ж, на хер, демократия?…
– Почему? Продайте эти средства массовой информации мелкими пакетами на специальных аукционах, которые все умеют проводить. Чтобы не было ни у кого больших крупных пакетов. Запретить через антимонопольный комитет владеть пакетами больше чем 5 %. Одной аффилированной группе, в одни руки – не больше 5 %. А то и не больше 1 %. Это все вполне реалистично.
– Я как либерал и рыночник…
– Подожди секундочку. Я знаю, что ты себя так называешь. Кроме этого, никаких других признаков того, что ты либерал и рыночник, нету.
– Как – нету?
– Ну а какие есть другие признаки твоего либерализма и рыночности, кроме того, что ты сам себя так идентифицируешь? С чего ты взял, что ты рыночник и либерал? Причем ты каждый раз говоришь это как банальность. Но для меня это совершенно неочевидный факт.
– Это разве не следует из всего?
– Ха-ха! Нет, не следует ни из чего.
– А из чего следует обратное?
– Например из твоего заявления, что предприниматели – плохие люди. Из твоих заявлений, что нужно всех пересажать, и так далее. «Все разворовали» – это твоя любимая тема.
– Насчет того, что пересажать и разворовали, то я такого не объявлял.
– Как это не объявлял?
– Так. Не объявлял. Я так не считаю. И обратного ты доказать не сможешь. А насчет того, что предприниматели не самые лучшие люди в стране, – то, извини, мы вот буквально только что разговаривали про ведущих русских предпринимателей. Березовский и Гусинский их зовут. Про лучших, про первых предпринимателей. И твое к ним отношение не сильно отличается от моего. Что же касается в целом русских бизнесменов, то у меня к ним вообще много вопросов. И главный, может, вопрос такой: а что это они так между собой пересобачились, если они все такие хорошие? Сколько они своих перестреляли! Или сдали! Они друг друга не любят ни хера, но хотят, чтоб другие их любили.
– Вот это уже откровенный журналистский ход. Ты говоришь, что они перестреляли друг друга. Это неправда.
– Ага, это марсиане прилетели к нам и стали заказывать русских капиталистов. Или гитаристы-шестидесятники в сговоре с колхозным крестьянством. Что же касается твоего возмущения – что я, типа, не либерал… Понимаешь, я не утверждаю, что стопроцентно являюсь таким-то или эдаким. Рыночником меня считают или нет, не суть важно. Я как-то всегда делал, что мне взбредало в голову. Понятно, да?
