Действие романа происходит на рубеже 90-го года прошлого столетия на Дальнем Востоке. Автор реалистично и подробно повествует о сложном периоде становления мужского характера – едва закончив техникум, главный герой отправляется на службу в армию. Читатель вместе с ним проходит эту школу жизни от первого дня до демобилизации: тут и знакомство военными нравами, и принятие присяги, и муштра, и боевые задания. Особое внимание уделено личным взаимоотношениям военнослужащих. Есть в романе и дружба, и предательство, и любовь, и шутки, и размышления героя, позволяющие сохранять человеческие качества даже в очень трудных ситуациях.Образ Валеры собирателен, но не лишен автобиографических деталей. Непримечательный на первый взгляд юноша крепок духом и телом, чуток душой, непоколебим в своих принципах. Он склонен к творчеству, верен Родине, жене, сослуживцам, любимому делу. Так воспитали его любящие родители. Такими, скорей всего, вырастут и его дети.
«Над горизонтом возвышалось огненное, кровавых оттенков солнце. Его чётко очерченные лучи поднимались высоко вверх, создавая купол, сквозь который просматривалось тёмно-синее небо, поражающее своей глубиной. Понять, был ли это рассвет или закат, было невозможно. Просто, куда Валерка ни поворачивался, везде было солнце и небо. Под его ногами не ощущалось никакой тверди, хотя что-то всё-таки удерживало тело, не давая ему пасть в бездну. Вот показалась дорога, уходящая прямо к солнцу. Юноша переместился в движущийся автомобиль. На первый взгляд, машина как машина, однако что-то в ней было необыкновенное. Вроде отечественная легковушка, но временами она превращалась в подобие военной машины с пулемётами и пушками. Её ускорение достигло максимума, который только может представить человеческий мозг. Взрыв. Пламя. Искры. Переливы всевозможных цветов. Очень сильный и яркий свет. Валеркино тело в невесомости. Всё погрузилось в темноту. Давящая темнота и угнетающая тишина. Парня охватил страх. Беспредельный страх перед неизвестностью. Рывок. Падение. Нет, взлёт. Или всё-таки падение? Вокруг с прозрачными границами присутствие чего-то лёгкого. Оно крутится вокруг, качает Валерку из стороны в сторону, переворачивает и разворачивает. Он видит себя со стороны и одновременно видит всё вокруг себя. Где-то вверху появляется быстро растущая точка света. С её приближением усиливается ощущение падения. Юное тело освобождается из окутавшего вакуума невесомости и врывается в круг яркого света… Тишина… Подсознание создаёт звуковые иллюзии ворвавшегося в тоннель скоростного поезда. С каждым мгновением увеличивается его скорость и усиливается звук, перерастающий в гортанный крик, исходящий из глубины тела: «А-а-а-а-а-а!!!»
На крик сына, испуганные родители вбежали в комнату Валерки. Немыслимо изогнувшаяся часть тела восемнадцатилетнего юноши сползла с низкой кровати и оказалась на полу, при этом голова нелепо повернулась набок, а руки плотно охватили её. Тело молодого человека было запутано в простыне и пододеяльнике. Застывшие в ужасе глаза смотрели на родителей. Волосы взъерошенные и мокрые от пота.
– Ты, чего? Что случилось? – мама подбежала к сыну.
– Сынок, ну скажи что-нибудь, – голос отца дрожал.
– Фу-у-у! – юноша переместился и сел на пол, поджав под себя ноги. – Приснится же такое. Бры-ры-ры. Всякая чушь. Думал, что умираю.
Ещё секунда и комнату заполнил гомерический смех. Валерка смеялся, но страх не сходил с его лица.
– Надо же такому присниться.
– А что приснилось?
Присевшим на кровать родителям и прибежавшей из своей комнаты сестрёнке Валерий вкратце рассказал свой сон.
– Чушь какая-то, – сказал отец. – И ничего смешного нет.
– Чушь не чушь, а она тоже к чему-то снится, – сказала мама.
– К до-о-ро-о-ге, – сладко потягиваясь и зевая, сказала четырнадцатилетняя Маринка.
– К какой ещё дороге? Скажешь тоже. Начитается всякой ерунды. Магия. Хиромантия. Лучше бы уроки учила. До конца учебного года месяц остался. Умничает тут – до-ро-о-о-о-га,– передразнил сестру Валера.
– Сказала, к дороге – значит, дорога. У-у-у, – показав брату язык, она демонстративно вышла из комнаты.
– Ну, всё, концерт окончен. Пошли, мать, на работу собираться, а то опоздаем. «Клоун», – отец обратился к сыну, – ты сегодня как работаешь?
– Как всегда.
– Ну, тогда все вместе и пойдём. Приводи себя в порядок, и через десять минут к столу.
Родители ушли в свою комнату. Валера заправил постель, сбегал в ванную и, нажав клавишу кассетного магнитофона «Спутник», стал одеваться. Через минут десять, он вместе со всей семьей сидел за столом. На дворе одна тысяча девятьсот восемьдесят восьмой год. До Камчатки ещё не докатилась волна карточной системы на продукты питания. Завтракали хлебом с маслом и кусочком копченой колбаски или с красной икрой. Запивали бутерброды чаем из пачки с индийским слоном, который запаривали в фарфоровом чайничке.
– Маринка, у тебя сколько сегодня уроков? – спросила Нина Николаевна.
– Пять и классный час.
– Часа в четыре заведи тесто. Я приду с работы, мы с тобой лепёшек или пирожков нажарим.
– Хорошо, мамуля. А на пирожки фарш есть или купить?
– Зайди в кулинарию, возьми на своё усмотрение. Пап, дай дочери денежку на фарш.
Мужчины ели молча.
Позавтракав, семья вышла из квартиры.
Яванские живут в живописном Елизовском районе Камчатского полуострова, рядом с областным центром и городом Елизово в посёлке Крутоберёгово. Им симпатичен районный центр. Городок как городок, коих несметное множество по всей России. Небольшой, но чистый и уютный. Весь в зелени летом и снегом укрытый зимой.
Супруги Яванские приехали на Дальний Восток в одна тысяча девятьсот шестьдесят восьмом году из города Джанкой Крымской области после окончания Харьковского строительного института. Хотелось самоутвердиться, сделать хорошее денежное накопление и вернуться на Родину. Купить каменный дом с богатым садом. Обзавестись машиной, непременно купить новенькую «Волгу» или «Жигули».
