- Обязательно. Однако следует иметь в виду, что в ДСТ3 и сам Вавр подчиняются как раз Антуану Лашому.
- Не такой я дурак, чтобы об этом забыть.
Министр помолчал и снова задал один из своих риторических вопросов:
- Ну и как нам поступить, чтобы обойти этот неприятный факт?
Директор поймал на себе испытующий взгляд министра, но отвечать не стал.
- Продублируем исследования, проводимые ДСТ, верно? - Верно, господин министр.
- И действовать будем с величайшей осторожностью. Полная секретность, не так ли?
- Да, разумеется, господин министр.
- Отлично. Дайте знать через секретаря, когда снова захотите со мной встретиться.
После ухода директора министр подумал немного, потом снял телефонную трубку и позвонил премьер-министру. В делах такого рода, если все обернется к худшему, ни к чему давать кому-нибудь повод думать, будто он что-то знал, но скрывал. Пусть потом премьер не делает вид, словно слыхом не слыхал о предательстве Лашома, пусть не изображает оскорбленную невинность, отмежевываясь от скандала. Пусть-ка поучаствует в нем с самого начала. Просто на случай дурного развития событий. Потому что в политике заранее ничего нельзя сказать. Министр припомнил мудрое изречение собственной жены:
- Никогда не забывай, - сказала она, - что этот коротышка родом из Оверни.
Другими словами, нельзя скидывать со счетов присущую крестьянам с гор цепкость и хитрость.
И еще. Политическая жизнь Франции, всегда взбаламученная и неопределенная, сейчас вступила в ещё более бурную фазу. Рейтинги предрекали партии премьер-министра поражение на предстоящих выборах и отмечали заметный взлет партии, возглавляемой Антуаном Лашомом. Если коалиция выживет, то, возможно, именно Лашом станет её лидером и, соответственно, премьер-министром. Правда, пресса уже предсказывала, что при таком раскладе усложнятся отношения Франции с Соединенными Штатами. "Какова будет реакция Вашингтона, если новое правительство возглавит Лашом? - вопрошала газета "Фигаро", - Перспектива весьма нежелательная, прямо-таки неприемлемая для вашингтонских "ястребов", для которых обновляемый СССР представляется ещё более опасным, чем умирающая страна эпохи Брежнева. Антуан Лашом более всех политиков западного альянса ратует за Россию Горбачева - новую Россию. "Ястребам" это не по вкусу..."
Итак, министр обороны позвонил премьер-министру и затем провел у него двадцать минут.
- Не могу этому поверить, - заявил премьер, выслушав коллегу.
- Значит, расследование прекратить?
- Нет, конечно. Хотя все это сильно попахивает провокацией.
Министр обороны обстоятельно пересказал все, что услышал от директора ДГСЕ по поводу Котова, перечислил сообщенные им факты и косвенные улики.
- Не знаю, не знаю, - сказал премьер, - Всегда убедительно звучит, когда человек заявляет, что вот тут он твердо уверен, но относительно того-то и того-то сомневается. Повторяю, это может оказаться провокацией. Скажите, пожалуйста, своим людям, чтобы они были крайне осторожны.
- Конечно, - согласился министр обороны, - Мне бы вовсе не хотелось, чтобы уважаемый коллега Лашом пал жертвой несправедливости.
- Объясните, почему именно вы, а не Жорж Вавр ввели меня в курс событий? Это ведь его дело - чистая контрразведка, - спросил премьер, - С каких это пор министерство обороны сует нос в подобные вещи?
- Британцы связались с нами, а не с ДСТ, поскольку деятельность контрразведки ограничена территорией Франции, а Котов сбежал в Лондоне.
- Запутано, как в готическом романе, - усмехнулся премьер.
- Я хорошо знаю нашего человека, который ездил в Лондон, чтобы повидать Котова и прощупать его, - сказал министр обороны, - Опытный и принципиальный сотрудник.
- Честно говоря, я отношусь ко всему этому весьма скептически, повторил премьер, - Тем не менее держите меня в курсе.
- Непременно.
Министр обороны поднялся и вышел. У себя в кабинете он продиктовал секретарше вкратце свою беседу с премьером, "касающуюся вопросов безопасности" с комментарием, что с точки зрения премьера, его ведомству вмешиваться в эти проблемы никакого резона нет.
- Внесите это в картотеку, - велел он секретарше.
- Меня приглашают к премьер-министру, - сообщил руководитель ДСТ Жорж Вавр своему заместителю Альфреду Бауму, - Скажите-ка, приятель, в чем мы проштрафились?
Баум неуклюже заерзал на стуле и выпустил из ноздрей сигаретный дым. Сигарета прилипла к его нижней губе, пепел сыпался на мятый лацкан пиджака.
- Много чего делали не так.
- Назовите хоть что-нибудь. Надо же подготовиться.
- Ну, к примеру, чрезмерное усердие, с каким мы преследовали этого румына Кодряну. Может быть, министерство иностранных дел недовольно и нажаловалось премьеру. Вечно они носятся с румынами - причины этой любви связаны со снабжением атомных реакторов.
- А еще?
- Ну, всем известно, что из исследовательского центра в Уази утекает информация, надо срочно отыскать "крота".
Вавр покачал головой:
