Полицейская операция на улице Пернели была назначена на семь утра. Улочка коротенькая, длиной чуть больше ста метров, по обе стороны обшарпанные дома. Участников операции проинструктировали четко: показывать фотографии консьержкам там, где они есть, а потом - ходить из квартиры в квартиру. Держать ухо востро - вряд ли Джо или его приятели пойдут на сотрудничество. Если дверь на звонок не откроют, отметить номер квартиры, потом будем решать, что делать в таких случаях. Если обнаружатся те, что на снимках, - везти в полицию.
Когда первая из полицейских машин въехала в узкую улочку, черный "фиат", двигавшийся навстречу, вынужден был притормозить и податься в сторону. Сержант, сидевший в полицейской машине спереди, на месте пассажира, заглянул в окно "фиата". За рулем - горбоносый парень лет двадцати двух, пассажир постарше, грузный, вжался в сиденье и уставился в переднее окно. Через секунду машины разъехались.
- Странно, - произнес сержант.
- О чем ты?
- Это был Ашар. Что ему тут понадобилось в такую рань?
- Какой Ашар? Тот самый?
- А какой же еще?
Сержант и шофер вышли из машины, к ним присоединились двое ехавших на задних сидениях. Сержант все ещё бормотал про себя, покачивая головой: с какой стати этот бандит ни свет, ни заря появляется на эдакой затрапезной улице? Странно все же! Он дал команду остальным и все четверо отправились в дом № 1 по улице Пернели.
Ничего интересного не произошло примерно до девяти часов. Две группы полицейских обошли несколько домов, и четверка, возглавляемая сержантом, двинулась к номеру 11, на подъезде которого значилось: "Hitel de la Gare Monparnas. Chambres tous confort"1. Хозяин-оптимист велел маляру, написавшему вывеску, изобразить на ней шесть звезд. Держалась вывеска на одном гвозде и ветер раскачивал её туда-сюда.
- Местечко, что надо, - произнес сержант, - Может, тут нам и повезет.
Что представляет собой "Hitel", стало ясно, когда он подошел к конторке в узком холле. Дюжина ключей красовалась на доске за стойкой, на которой стоял телефон и валялась сломанная авторучка. С улицы сквозь стеклянную дверь проникал мутный свет, короткая неоновая трубка придавала ему голубой оттенок. Впечатление было удручающее.
За конторкой сидел пожилой человек, на лице которого читалось: "Ты из полиции, сразу видно, ну и что из того?" Он был в рубашке с коротким рукавом, один рукав сколот булавкой, прикрывая культю. Небрит уже пару дней, нижняя часть лица заросла щетиной, зато сверху сплошь розовая лысина. Человек оторвался от утренней газеты о скачках, разложенной на конторке.
- Слушаю вас.
- У нас есть ордер на обыск - ищем двоих.
Лысый пожал плечами, но не ответил. Сержант предъявил фотографии:
- Знаете их?
Тот нагнулся, рассматривая снимки, потом поднял голову и, сузив глаза, посмотрел на полицейского. Снова молчание.
- Так что? Знаете?
- Они снимают комнату. Дешевую, на верхнем этаже. Платят исправно, а вопросы я не задаю. Не мое это дело.
- Сейчас они дома?
- Должны быть. Я заступил в семь, они не выходили.
- Самый верхний этаж, говорите?
Лысый портье кивнул и добавил, когда четверо полицейских направились к лестнице:
- К ним сегодня утром кто-то приходил. Около семи. Чем они там занимались, меня не касается.
- А кто приходил?
- Обычный парень. Высокий, худощавый. Лет двадцати. Из их компании, наверно, кто их там разберет? - Он покачал головой.
Сержант повел своих людей вверх по лестнице.
- Номер три, - крикнул снизу портье, - Первая комната справа.
В комнату под самой крышей вела ненадежная деревянная дверь. Стучать сержант не стал. Повернул ручку - остальные дышали ему в затылок - и толкнул резко, ожидая встретить сопротивление замка, но дверь легко отворилась, и сержант, внезапно оказавшись в комнате, вдохнул застарелый воздух и явственно ощутил кисло-сладкий запах застывающей крови.
Бледный луч света падал сверху, из окна прямо на широкую кровать - она занимала почти всю комнату. На кровати бок о бок ничком лежали парни в пижамных куртках. Обоих застрелили в затылок с малого расстояния, и вытекающая кровь образовала две лужицы на простыне. Сцена казалась удивительно мирной - никаких признаков борьбы, какого-нибудь насилия. Смерть в чистом виде. На столике сбоку - кое-какие вещицы: двое часов, записная книжка, носовой платок, несколько монет - ничего не тронуто, похоже, никто этого и не касался. Ничего - только голый факт: два выстрела сзади, действовал профессионал, сработал безупречно.
- Пошли отсюда, - велел сержант, - Ничего не трогать. Шарло, ступай к телефону, позвони в отдел убийств. Наше задание выполнено - мы нашли, кого надо, и теперь имеем право выпить по чашечке кофе на рабочем месте.
Тут он вспомнил Ашара в черном "фиате".
- Постой, Шарло, я, пожалуй, сам позвоню.
Глава 16
