Мне в голову вдруг впервые стукнулась неторопливая и, быть может, тупенькая, но мысль: а сколько времени наш новый знакомец находится вне закона? Сколько он живёт в своей «шкоде»? Судя по свежести выжженного креста, немного. Но вопрос в другом: какова вообще средняя продолжительность жизни мага, ведьмы, оборотня или вампира, если их поставили в такие же условия?
Может быть, всё вовсе не так скоропостижно, как я себе рисую? В конце концов, если соблюдать определённые правила, не высовываться и не прислоняться, то реально прожить без забот так и месяц, и год, и пять? Или же, как говорил тот же Блендер, просто убить своего собрата по несчастью, так же находящегося вне закона, тогда ты автоматически получаешь прощение? Прежний статус, защиту, свободу передвижения и лицензированное возвращение к магии.
То есть это возможно. Хотя бы в принципе? Тогда не всё так уж плохо.
— Нонна, я вас люблю…
— Правда?!
— Э-э… простите, я неточно выразился… Это был чисто эмоциональный порыв, потому что вы натолкнули меня на интересную мысль.
— Ах вот как…
— Нет, нет, я не отказываюсь от своих слов и по-любому вас люблю! — Мне удалось перехватить её, так сказать, на взлёте, когда глаза уже наполнились слезами, а руки вдруг резко стали холодными. — Простите! Кажется, благодаря вам у меня… в смысле у нас появилась надежда на будущее!
Я обнял её, как можно нежнее прижимая к груди. Нонна хлюпнула носиком, но это скорее от удовлетворения, чем от обиды. Мы сидели так, не размыкая объятий, наверное, почти полчаса. Десерт остался нетронутым, кофе остыл, но мне совершенно не хотелось отпускать эту удивительную девушку. Потому что теперь я вдруг осознал, что категорически не настроен умирать, и если для этого надо встать одному против всех — так, чоткий же Сотона, будь по-вашему, да!
Яжмаг вне закона — это всё равно яжмаг! А там, как говорят в Одессе, таки будем посмотреть…
— Вам свежий кофе в качестве комплимента от бармена! — достаточно громко объявила юная официантка, ставя передо мной чашечку чёрного, как нефть, эспрессо.
— Благодарю, — улыбнулся я, но замер, натолкнувшись на её взгляд.
Такие глаза не могли никого обмануть, и пусть она не смела сказать правду, но и врать в лицо у неё тоже не получалось.
— Отравлено? — тихо, одними губами спросил я. Официантка молча опустила ресницы. — Пожалуйста, счёт. Мы уходим.
…Уже на пороге, обернувшись, я заметил, что бармен спешно говорит с кем-то по сотовому, прикрывая лицо ладонью. Он тоже поймал мой взгляд, и на мгновение лицо его исказилось в недоброй улыбке, обнажающей кривые клыки.
— Хорошего дня! Заходите к нам ещё!
— Непременно, — назло ему пообещал я.
Нонна тоже улыбалась всем подряд, к счастью, на этот раз на неё не была объявлена охота. После прямого вмешательства прадедушки-архангела и темная и светлая стороны практически одновременно прекратили любые попытки косо поглядывать в сторону его правнучки. Думаю, это справедливо, ангелы такого уровня, как старина Метатрон, шутить не любят. Чувство юмора, признаем, вообще не библейская добродетель.
Однако эта защита отнюдь не распространялась на всех тех, кто с ней рядом. На меня так в первую очередь. Поэтому стоило нам двоим подняться по ступенькам наверх, как на тротуаре уже выстроилась целая толпа: волки-оборотни, поджарые и спортивные; молодые и старые ведьмы, принадлежащие к разным кланам викки; с полдюжины дневных вампиров, в нетерпении кусающих губы; двое яжмагов, незнакомых мне, возможно, с параллельного курса или вообще не питерцы.
— И это только на первый взгляд, если внимательно присмотреться, желающих было гораздо больше…
— Что? — переспросила Нонна, я улыбнулся в ответ:
— Ничего особенного. Просто подумал, что зря мы вот так легко отказались от помощи Блендера. Сейчас его такси было бы так кстати.
Наверное, нападающим пока тоже просто не хватало зажигательной искры, призыва к действию, какого-то триггера, потому что все уже напряглись, напружинили мышцы, достали волшебные палочки, посохи, амулеты, кастеты и складные ножи, когда…
— Чёрная карета-а!
Общий вздох разочарования едва не превратился в стон. Двое могучих фризских жеребцов остановились на проезжей части. Мрачный возница на козлах щёлкнул кнутом, и нам безропотно уступили дорогу. Желающих рисковать головой не было, на тёмной стороне дураков не держат. В смысле они, конечно, везде есть, просто без мозгов долго там не выжить.
Я открыл дверцу, помогая своей спутнице забраться внутрь, и сам уселся напротив. Можно было показать всем язык, но это было бы слишком мелочно или даже пошло. Всё-таки мы в культурной столице России. Поэтому я высунулся и показал классический «фак»!
Дружный скрип зубов и сдержанный мат показались нам вполне достойным сопровождением столь неожиданного отъезда. Если меня всё равно убьют, так какой смысл сдерживаться, отказывая себе в маленьких запретных удовольствиях?
Вечерний Питер в свете зажигающихся фонарей был, как всегда, прекрасен. Прогулка в карете позволяла любопытной Нонне смотреть по сторонам, а мне комментировать достопримечательности:
