У целого ряда народов, в том числе в некоторых славянских землях, именно близ Осеннего Равноденствия, вместе с празднованием нового урожая, отмечалось и широко праздновалось начало Нового года.
Широко известны описания празднования Урожая — Нового года в землях западных славян, в таких общеславянских святынях, как Аркона и Ретра, а также в землях пруссов.
В святыне Арконы почитался Свентовит — божество мужское, верховный Защитник своего народа, обладающий священным мечом, боевым конем и набором гадательных копий, и Щедрый, сжимающий наполненный рог, в коем содержится вся полнота зарождающегося года.
Вместе с тем Свентовит на этом празднике выглядит не просто как Податель Урожая, но, более того, как верховное божество (Deus deorum, по выражению Гельмольда), как Годовик — Владыка времени и пространства, с четырьмя ликами — для четырех сторон света, четырех времен дня и четырех времен года, божество, дарующее своим детям благо в течение всего года и на все четыре стороны.
У каждого народа верховный бог — защитник и податель урожая — почитался под своим именем, но схожим образом: Радегасту в Ретре, Пильвитусу или Пергрубию у пруссов подносилась, с торжественным славлением, полная чаша пива — священного напитка, состоящего с хлебом в прямом родстве[29]. Общим также является и то, что в упомянутых нами землях западных славян и балтов в качестве Подателя Урожая почитается мужское божество.
У восточных же славян праздник носит скорее женский характер. Само женское имя — Осенина, как и наполняющие праздник песни, обращенные к Матушке, говорят о том, что именно Матери на Руси принадлежит покровительство над этой точкой.
Еще одно рождение, знаменующее собой эту точку, — Рождение Богородицы, церковный праздник, отнесенный православными на эту точку, отражает общую мифологическую связку данного праздника с образом Рожающих. С этим же образом связаны символы почитания Рода и Рожаниц — обоих зарождающих начал — по плодам их. Вспомним приведенные Б. Л. Рыбаковым выдержки из древних поучений:
«Автор «Слова об идолах» (или переписчик XIV в., но в данном случае для нас это безразлично) порицает духовенство за то, что оно прикрыло языческое пиршество христианскими песнопениями: «Череву работай (чревоугодливые) Попове уставиша трепарь прикладата рождества богородици к рожаничьне трапезе, отклады деюче».
Приведенное выше свидетельство о круговых чашах тоже содержит указание на праздник рождества богородицы. См.:
Рожаничный пир всегда называется «второй трапезой»; она устраивается «лише трапезы кутинныя и законьного обеда», т. е. после церковного празднования, сверх разрешенного церковью пированья в честь рождества богородицы, очевидно, на следующий день»[30].
Интереснейшим мифологическим аспектом Осеннего Равноденствия является мифологема, связанная с противодействием Правды и Кривды, с пришествием справедливости, связанная с этой точкой.
У кельтов название Мабон происходит от имени валлийского божества. В «Сказании о Олвен и Килу хе», одной из легенд кельского «Мабиногиона», Мабон маб Модрон, отнятый у матери в возрасте трех дней, был освобожден из заточения Артуром по просьбе Килуха, потому что только он мог помочь ему поймать кабана Турх Труита и выполнить другие практически невозможные поручения великана Ысбаддадена. Как пишут в своей книге «The encyclopedia of Celtic wisdom» Кайтлин и Джон Мэттьюс, Мабон, великий кельтский божественный ребенок, был утрачен в начале времен и может быть найден только через обращение к силам Старейших (тотемных) Животных. Пришествие же Мабона «…brings access to inniocence, truth and justice as well as the overthrow of whatever is corrupt» — открывает доступ к невинности, правде и справедливости и дает возможность преодолеть и избавиться от всего развращенного и испорченного.
А теперь посмотрим на славянский церковный праздник, приходящийся на окончание месяца сентября — праздник Воздвиженья Креста Господня, 27 сентября н. ст. Праздник этот отстоит от точки равноденствия менее, чем на неделю, а на заре нашей эры предшествовал ей. Вот что пишут об обрядовых особенностях сего праздника в первом томе «Полной Энциклопедии быта славянского народа»:
«…По старинному простонародному сказанию, еще недавно повторяющемуся в среднем Поволжье, на Воздвиженье происходит битва-бой между «честью и нечистью». Поднимаются в этот день, гласит сказание, воздвигаются одна на другую две силы: правда и кривда, «свято» и «несвято» и дальше — побеждает все праведное, все чистое»…
В духовном стихе «О Голубиной книге», представляющем собою настоящую энциклопедию языческих оснований народного сознания, есть и строфы, посвященные битве Правды и Кривды. Правда и Кривда сходятся между собой в образе двух «зверей», но есть и вариант стиха, в котором противники встречаются в образе двух… зайцев:
