Растерзанный мир восстает из прахас новой весной;Распались оковы стыда и страха —дышит земля;Поднялись из бездны, благословенны,водители снов,На самом последнем крае вселеннойвосходит заря.Мы вышли из тьмы, мы боялись так долго —мы стражи любви,Мы можем так мало, мы знали так много —нам нужно забыть;Мы столько веков убивали любовь —нам прощения нет,Нас примет Богиня, но сбросить оковы —единственный путь!Припев
Ликуй, Земля, мы вновь твои отныне,Дерзайте, маги, воины, короли:Боящийся — отверженный Богини,Боящийся — несовершен в Любви.2-й куплет.
Рассыпались в пыль заслоны и двери —мы станем одно.Подымется солнце над теми, кто верит —воскреснет Земля.Пусть мир истекает слезами и слизью — наш жребий жесток.Мы знаем пути зародившейся жизнии нам недосуг.Не время возиться с младенцами кармы:мы — хищники снов.Возьмем все, что нужно, и равно оставимврагов и друзей.Наш путь непонятен, прекрасен, смертелен, вот имя ему:Объявшее мир штормовое движеньеЦунами Любви!Припев.
Ликуй, Земля, мы вновь с тобой отныне,Дерзайте, маги, воины, короли:Боящийся — отверженный Богини,Боящийся — несовершен в Любви.Припев 2.
Ликуй, Земля, мы вновь твои отныне,Любите, маги, воины, короли:Дерзнувший жить — возлюбленный Богини,Бессмертен на Земле отдавшийся Любви!(2006 г.)Празднование Калан Май. Литературное описание(Н. Толстой. «Пришествие короля»)
«После этого все мужчины и женщины покидают холм, кроме короля Брохваэлямаб Кингена, который один остается на вершине вместе со своими друидами. Теперь наступает тот недобрый час, когда та, которую называют Дочерью Ивора, вылезает из норы на склоне холма. Говорят, что можно слышать, как она тихо свистит в вереске, струясь, словно река, — гладкая, скользкая и ядовитая. Она где-то на холме и, невидимая, своим свинцовым взглядом смотрит на короля, если сумеет, она врасплох подкрадется к нему и хитростью погубит его. Трижды обходит король вершину посолонь, и львиной отвагой надо обладать ему, чтобы совершить этот мировой килх и остаться в живых.
Дочь Ивора смотрит и ждет. Спина ее бурая, как вереск, бока ее серы, как камень, а кольцо ее, пока она лежит неподвижно, — это вал вокруг холма. Неподвижно она выжидает, ждет год за годом. Свист, который слышит король все время, может быть, всего лишь свист ветра, играющего на вершине холма, или, может, это трутся друг о друга ветви берез в лесистой долине, или это ржанка печально зовет друга. А может, холодная Дочь Ивора ждет у насыпи, свернувшись в папоротнике, поблескивая среди валунов.
