Все нарастало постепенно. Сначала Скотту показалось, что он не может дышать. Потом дыхание участилось, он начал хватать воздух ртом. Наконец решил, что у него сердечный приступ: руки покалывало в тех местах, где они сжимали руль, а грудь сдавило. Он чувствовал, как между сердцем и руками все время бежит электрический ток.
Скотт резко свернул с правой полосы на обочину, разбрызгивая сыпучий гравий, и вырулил на ближайшую выездную полосу. И тут услышал, как Джейн зовет его. Проезжая съезд, он машинально прочел надпись «Калимеса». Скотт никогда не слышал про такое место, да и плевать. Глаза слезились, нужно было остановиться.
Скотт резко повернул руль на съезде с магистрали, растянув плечо, и переключил коробку передач в режим парковки. Он не заглушил двигатель, потому что по ощущениям стало легче, хотя все равно дышал судорожно и глубоко. Джейн стиснула ручку дверцы. Он почувствовал ее пристальный взгляд. Немного успокоился, убедившись, что это не сердечный приступ, с облегчением закрыл глаза и увидел ее: Кейт Олстон. Вот она скорчилась в холодном безмолвии морозильной камеры. Вот улыбается ему со стола для вскрытия. Вот – как живая – на фотографии в руках родителей. А вот ее родители – раздавленные, опустошенные…
Он всхлипнул, открыл глаза, хлопнул по рулю, стиснул его и опять крепко зажмурился. И снова почувствовал приступ дурноты. А потом увидел зубы Кейт Олстон – отдельно, вне рта, их беспощадный оскал. Скотт осознал, что Джейн открыла дверцу машины, лишь когда пустынный воздух наполнил салон мускусным запахом креозота. Он снова открыл глаза и увидел прямо перед собой затылок Джейн, знакомые завитки ее волос. Она просунула руку ему под мышки, чтобы выключить двигатель. Скотт не мог произнести ни слова.
– Идем, – позвала она. – Нужно выбираться отсюда.
Ему казалось, что ее голос доносится откуда-то издалека. Она обняла его, расстегнула ремень безопасности и сняла его руки с руля.
– Все хорошо, Скотт. Идем.
Турист раскатывал по одному из своих излюбленных районов Атланты, радуясь знакомым видам – и мрачным пустырям, и жилым кварталам, где пенсионеры по вечерам включали телевизоры на полную громкость, потому что программа «Медикэр» [66] по-прежнему не распространялась на слуховые аппараты. Находиться в Лос-Анджелесе было рискованно, особенно с учетом прослушки. Хотя она дала ему ответы на нужные вопросы и свободу передвижений.
Но он все равно шел на риск. Турист немного обезопасил себя, забрав ретранслятор, установленный снаружи квартиры той брюнетки. Хотя если б устройство когда-нибудь обнаружили, то решили бы, что это дело рук какого-то любопытного соседа, а не кого-то издалека.
Рассмотрев ехавший впереди белый хэтчбек, Турист огляделся по сторонам и решил: пора. Нужен новый расходный материал. Он включил красный проблесковый маячок на приборной панели, и хэтчбек послушно затормозил.
Единственным зданием на этой улице был строящийся офисный центр. В корпусе без окон было темно, рабочие давно разошлись после смены по домам. Подходя к машине, Турист с ностальгией вспомнил и фургон, и старый метод охоты. Но с фургоном пришлось расстаться, а у нового метода есть потенциал… Он наклонился к приоткрытому водительскому окну:
– Ваши права и техпаспорт, мэм.
Ему молча протянули оба документа. Турист выпрямился и проглядел их. Ее звали Памела Уинтон. Он снова наклонился:
– Вы превысили скорость, миссис Уинтон.
–
– Выйдите из машины, мэм. Я требую, чтобы вы прошли алкотест.
Она со вздохом подчинилась. Турист улыбнулся про себя: новый метод сработал. А мисс Уинтон, в свою очередь, только что подписала себе приговор. Он наблюдал, как она вышла на тротуар, присыпанный песком и гравием, просочившимися со строительной площадки через ограждение из сетки-рабицы.
– Разведите руки в стороны на уровне плеч и идите ко мне с закрытыми глазами, ставя одну ногу перед другой, – настойчиво-дружелюбно приказал он.
Едва женщина закрыла глаза, Турист набросился на нее и обхватил одной рукой, а другой зажал ей рот.
Она взмахнула руками и попыталась убрать его ладонь от своего лица. Он дернул ее вбок с такой силой, что ее ноги на секунду мелькнули в воздухе, но тут же опустились, больно лягнув Туриста в правую лодыжку. У него перехватило дыхание, хватка ослабла, и мисс Уинтон, собравшись с силами, дернула его руку вниз и впилась зубами в мягкую кожу между большим и указательным пальцами.
Теперь он удерживал ее только одной рукой. Уинтон несколько раз судорожно и неуклюже ударила его левым локтем в спину. Он понял, что новый метод помог выманить женщину из ее машины, но не усадить в его автомобиль. Всегда было проще и безопаснее, когда они шли добровольно, без применения силы. Он подался вперед, стараясь удержать мисс Уинтон, но она успела ударить его. Он мог бы отделаться синяком, но удар пришелся в солнечное сплетение, и Турист согнулся пополам, ловя воздух ртом. Женщина схватила его за волосы и дернула вниз. Турист ударился лицом о ее правое колено и сразу почувствовал, как мало жира на коленной чашечке. Особенно когда колено согнуто.
