Язык тела полностью

Мужчина грубовато похлопал сотрудницу по плечу:

— Кассандра, ты сегодня хорошо отработала. Такая встреча с подругой нелегко тебе далась. Я попрошу работников лаборатории ускорить получение результатов.

В тот вечер Кэсси уходила из морга последней. Когда она шла по темному хранилищу тел, свет фар выезжающей с парковки машины скользнул по гладкому стальному пространству и на мгновение высветились инициалы обитателей морга, нацарапанные на поверхности, словно иероглифы на стене какой-то древнеегипетской гробницы. Представив себе гостей, дремлющих за дверцами гигантского холодильника, она, проходя мимо, прошептала каждому «Спокойной ночи».

Подойдя к двери, за которой хранилось тело миссис Э., Кэсси коснулась пальцами стали. Ее охватили воспоминания. Миссис Эдвардс стояла у доски, элегантная и длинноногая. Женщина вдохновленно и размашисто набрасывала схему человеческой дыхательной системы. Выражение лица Джеральдины было напряженным, почти суровым. Когда же она отступила назад, чтобы посмотреть на результат, то громко расхохоталась со словами: «К счастью, я преподаю не живопись».

Внезапно Кэсси почувствовала головокружение, и ей пришлось опереться ладонью о стену, ухватиться хоть за что-то. Если бы миссис Э. не почувствовала жажду знаний за бунтарской подростковой склонностью Кэсси Рэйвен к позерству и не провела ее сквозь бури неуверенности в себе, все могло бы сложиться совсем по-другому. Кэсси могла бы до сих пор жить в сквоте, приторговывая «Big Issue», заниматься самолечением алкоголем, кокаином или чем похуже. Другими словами, спускать свою жизнь в канализацию.

Открыв дверцу холодильника, Кэсси выдвинула ящик на роликах и расстегнула молнию на мешке, чтобы заглянуть в лицо Джеральдины Эдвардс.

— Мне так жаль, что я не успела вовремя связаться с вами, миссис Э. Я просто думала, вы всегда будете рядом. Я даже не поблагодарила вас как следует и за дополнительные занятия, и за поддержку в момент, когда я почти сдалась. Без вас я не смогла бы заниматься любимым делом. Возможно, меня вообще могло здесь не быть.

Положив ладонь на плечо миссис Эдвардс, Кэсси Рэйвен задержала дыхание, снова напрягаясь в поисках какого-то сдвига в атмосфере и любого намека на контакт.

Ничего не произошло. Мертвая женщина оставалась безмолвной, холодной и недоступной, как каменный рыцарь, какого Кэсси однажды видела распростертым на вершине средневековой гробницы.

По дороге домой она заскочила в «Сэйнсбери» на Кэмден Роуд купить кошачий корм. В этом магазине Кэсси и видела миссис Э. последний раз. Выйдя из машины, девушка на мгновение задержалась на тротуаре, а потом направилась в противоположную сторону от своей квартиры.

Дом Джеральдины Эдвардс под номером 12 по Патна-Роуд выделялся на фоне длинной изогнутой террасы в викторианском стиле. Его традиционный бледно-серый фасад резко контрастировал с конфетно-розовыми оттенками, которые выбрали ее соседи. Девушка вспомнила, как учительница разглядывала эту краску и бормотала «Чушь и вздор», неодобрительным тоном, ослабленным огоньком, который никогда не покидал глаз Джеральдины Эдвардс.

Кэсси припомнила все воскресные утра, когда она поднималась по ступенькам к темно-синей входной двери, сжимая в руках пакет со свежей выпечкой. Миссис Э. была одной из немногих, с кем девушка могла нормально поговорить о своей работе, и единственной, кто по-настоящему понимал ее восхищение и трепет от расшифровки подсказок, написанных на теле. Разногласия у них были только по одному вопросу. Сдав последний экзамен, Кэсси Рэйвен упомянула, какое облегчение она испытала, закончив обучение. На это миссис Эдвардс, поставив чашку кофе и пристально посмотрев на нее, выразительно ответила со своим северно-уэльским акцентом:

— Ты никогда не перестанешь учиться, Кассандра. Ты достигла фантастических результатов на первом уровне, но это лишь начало путешествия, а никак не пункт назначения. Ты можешь изучать медицину и дальше, если приложишь свои силы.

Эта тема все время всплывала, и Кэсси продолжала уклоняться от нее до той весенней субботы, когда миссис Э. вручила ей вместе с кружкой кофе университетскую брошюру. Она была открыта на странице, где подробно описывалась финансовая помощь для студентов из неблагополучных семей, подающих заявки на обучение медицине.

Женщина тарахтела о математике уровня А, которая понадобится Кэсси, а той пришлось бороться с растущей волной тревоги.

— Я знаю, тебе этого не хочется, Кассандра, — сказала Джеральдина Эдвардс, устремив на нее свой ястребиный взгляд. — Однако я думаю, что тебе правда следует подумать о таком обучении.