Языковой круг полностью

“Властелин всех миров! Не на праведность свою полагаемся мы, обращая к Тебе наши мольбы, а на милосердие великое Твое. Что мы, что наша жизнь, что наши добрые дела, что наша праведность, что наша сила, что наша смелость; что мы можем сказать Тебе, Господь, Бог наш и Бог отцов наших! Ведь всякий сильный — ничто перед тобою! И прославленные мужи словно не существовали никогда, и мудрецы подобны тем, кто лишен знания, и разумные подобны тем, кто лишен разума, — все множество дел их тщетно, и дни их жизни — ничто перед тобою…”

Этот текст покаяния примечателен тем, что человек не кается в грехах, а осознает свою ничтожность, причем коллективную, а не индивидуальную.

В качестве примера молитвы благодарения приведем фрагмент из 29 псалма Давида:

“Превознесу Тебя, Господи, что Ты поднял меня и не дал моим врагам восторжествовать надо мною. Господи, Боже мой! Я воззвал к Тебе, и Ты исцелил меня. Господи! Ты вывел из ада душу мою и оживил меня, чтобы я не сошел в могилу”.

В этой молитве перечисляются бедствия, от которых Бог избавил молящего: поражение в войне, болезнь, духовная смерть.

Молитвенная стратегия религиозного дискурса выражает суть соединения человека и Бога (латинское religio этимологически обозначает “связь”). Молящийся не случайно становится на колени (в древнееврейском слова “благословение” и “колено” этимологически связаны) либо ложится ниц, касаясь лицом пола, как это принято в ежедневной молитве-поклонении у мусульман: прежде всего подтверждается покорность Богу (аспект адресанта), далее произносится клятва верности, включающая обращение ко Всевышнему, перечисление его атрибутов, раскрывающих его величие (аспект адресата), далее следует прошение, мольба, собственно говоря, и составляющая прототипный текст молитвы (аспект текста). Мольба тесно взаимосвязана с благодарностью и восхвалением Бога, покаяние же выступает в качестве предварительного условия, хотя в структурном отношении может и замыкать молитву либо включаться в ее текст. Молитвенная стратегия стремится к сокращению произносимого текста: цель молитвы — соединиться с Богом, а поскольку Бог всеведущ, то разъяснять Ему эту цель не имеет смысла. Поэтому в ряде конфессий приветствуются молитвы без слов — акты сосредоточенного молчания либо сакрального пения. Молитва достигает цели, даже если она произносится на непонятном древнем языке (например, на латыни в католических странах). Молитву уместно произносить шепотом; громкое, декламационное чтение приводит этот вид религиозного дискурса к иллокутивному самоубийству.