Затем с помощью Ибн Ирака составил программу других измерений, желая сделать географическую сетку для задуманного глобуса. Мечтал построить глобус! Первый на Востоке… Первый в мире, как рассказывал учитель, построил Кратес Милосский, придворный ученый царя Аттала, жившего но И веке до н. э. Учитель дал Беруни птолемеевское подробное описание по изготовлению географической сетки. Арабский же ученый Джайхани тоже знал, как сделать ее. Беруни хотел соединить оба метода. А уж сколько он собрал и проверил всяких данных о географических высотах тех или иных мест! Каждый караван встречал. И по-гречески, по-арабски, по-сирийски, по-тюркски, по-еврейски разговаривал с проводниками — лоцманами пустынь.
— Полученные результаты я записывал, — рассказы-мет Беруни друзьям, — не запоминал, надеясь на спокойствие жизни. Я не жалел ни сил, ни денег для достижения цели и начал уже строить первое. Полушарие див-метром в пять метров, да беда застала врасплох…
«Это когда Симджури спрятался от бухарского эмира Нуха в Кяте, — подумал Ибн Сина, — а отец нынешнего эмира Гургандж» Мамун и, желая якобы захватить Симджури, ворвался в Кят, убил хорезм-шаха и начал истреблять его род».
— В тот день, — продолжает Беруни, — я успел только установить крайнюю высшую точку эклиптики для селения Бушкатыр, что на левом берегу Джейхуна, южнее Кята. Во-о-н там… Видите? День кончился смутой. Заставил прервать измерения и спрятаться. Меня, как приёмного сына Ибн Ирака, — племянника убитого хорезм-шаха, повсюду разыскивали, чтобы тоже убить. Спас исфаханский купец. Потом два брата — Хусайн И Хасан тайно переправили через Каракумы, и я добрался до Рея, где и встретил Ходженди. Я даже, помню, подумал: «Не случись со мной несчастья, не имел бы я счастья дружбы с этим замечательным ученым, ибо вскоре он умер… Здесь, в Рее, я встретил и тебя, Масихи!»
Масихи улыбается ясными, добрыми, умными, прекрасными незабываемо-голубыми глазами! Ах, Масихи, Масихи… У Ибн СИНЫ на глаза навернулись слезы.
— Что с вами, учитель? — удивился Джузджани.
— Так, вспомнилось…
И Беруни в Гургандже думал в эту минуту о Масихи И Ибн Сине. Доехали ли они до Гурганджа? Как принял их Манучехр? Почему так долго нет от них письма? Уже три года прошло… Вчера опять приходили брат Хусаина и его бухарский ученик Масуми. Они тоже ничего не получили. Если была бы возможность написать им! Беруни рассказал бы, что заканчивает изготовление глобуса диаметром в пять метров, как мечтал в юности.
Но нет радости… Сегодня Майманди, везирь Махмуда, — эта помесь лисы со змеей, — попросил эмира Гурганджа Мамуна И (ему уже 25 лет) прочесть в главной мечете хутбу На Имя Махмуда, то есть мирно подчиниться ему.
— Напрасно Мамун подозревает Махмуди в желании отобрать у него власть, — обращается Майманди к Беруни. — Просто хочет пресечь стремления других захватить его владения. Клянусь честью, говорю это от себя, в виде совета. Махмуд не знает…
Вскоре Мидоинди потребовал от Мамуна хутбу и более решительном тоне. Нервы молодого эмира сдали, и он, собрав старейшин и военачальников, сказал им о своем намерен подчиниться. Все возмутились, вышли на улицы со знаменами и стали поносить Мамуна.
Беруни усмирил волнение. Те, что еще вчера кричали «Долой Мамуна», сегодня «терлись лицом о прах его порога».
— Как тебе удалось сделать это? — удивился Мамун.
— Языком золота. И все-таки боюсь, дело дойдет до меча.
Беруни советует Мамуну заключить договор с караханидами Туган-ханом и Арслан-ханом Бухарским (Наср умер в 1013 году) в ускорить свадьбу с сестрой Махмуда, Рассказ о трагедии Хорезма дошел до нас благодаря историку Махмуда Абулфазлу Байхаки, а он взял сведения или из не дошедшей до нас книги Беруни «История Хорезма», или из личных с ним бесед.
Остался позади секстант. Все дальше уходят от него Ибн Сина и Джузджани…
Через 300 лет будет здесь стоять царь Улугбек[135] — любимый внук Тимуре, великий астроном. Он построит точно такой же секстант в Самарканде, своей столице. Всю свою жизнь посвятит звездам. Высшим достижением его станут знаменитые «Новые гурагонские астрономические таблицы», в которых с непревзойденной для его времени точностью он определит важнейшие астрономические постоянные: наклонение эклиптики, точку весеннего равноденствия, продолжительность звездного года[136]. И много бы еще сделал, если бы не сын его, направивший руку убийцы с ножом в отца.
