Сегодня мне сделали УЗИ, и после полученных результатов анализов разрешили выйти за пределы больницы. Я отпрашивалась у своего врача на концерт моего нового знакомого.
За прошедшие недели мы общались с Дарреном по Skype и в СМС. Я узнала, что он профессиональный танцор. Танцует с раннего детства. Живёт один в собственном домике, недалеко от больницы. Водит машину, и нет девушки. Последнее мне удалось выяснить благодаря системе под названием
Вот тут я буквально раскрыла рот от услышанного. Он настоящий мужчина…
Новыми событиями я поделилась с Лисой, она моя подруга и должна знать всё. Рассказав о представлении, мы позвали её с собой, чтобы она вживую увидела работника моей новой больницы.
За прошедшие несколько дней я поняла, что до сих пор не могу найти ни одного изъяна. Хотя я не видела, как он ест, не знаю, что он предпочитает. Как ест печенье с невкусным желе и шоколадом. Я многое не знаю, что с ним связано. Но на второй неделе четвёртого месяца я могу с уверенностью сказать, что мне кажется, что я хочу его. Хочу почувствовать его язык, его губы, его наверняка вкусную шею и перецеловать каждый сантиметр на его прессе. Я уже молчу про то, что находиться ниже. Рассказав об этом подруге и сестре, они в два голоса заявили, что во мне заиграли гормоны.
— У моей мамы было то же самое с моим братом в середине четвёртого месяца беременности. Она буквально хотела каждого встречного мужчину. Папа тогда был в командировке, я, если честно, не помню, что её спасло в то время, — рассказывает Лиса, сидя в первом ряду перед сценой.
— Отлично просто, ты мне так помогла! — возникаю я, поправив своё розовое платье. Оно не для беременных, но, натянув чёрный ремень под грудь, мне становится очень удобно. За счёт нескольких слоёв розовой юбки мой живот практически незаметен.
Подол моего платья спадает ниже колен, а чёрный орнамент и узорчатая лямка делает мой наряд немного пошлым. Надеюсь, Даррен оценит моё платье и причёску. Волосы сильно отрасли за два с лишним месяца и теперь больше походят на короткие с длинной чёлкой. Я бы подстриглась, но в моём положении нельзя. Поэтому я просто делаю объём, даже купила себе плойку с разными насадками, чтобы делать волны.
Раздаётся третий звонок, и как-то подозрительно одновременно на мой телефон приходит СМС. Я, шокированная совпадением, достаю смартфон и смотрю на экран.
Я выключаю телефон и улыбаюсь во все тридцать два зуба. Веду себя как маленькая девочка, на которую обратил внимание её любимый мальчик. Господи, Стефани, успокойся, мы же не встречаемся, и наверняка я не в его вкусе. Уж он тем более. Когда это мне нравились мексиканцы?
В зале гаснет свет, а дверь бокового входа открывается. Я поворачиваю голову и вижу Кастэра с какой-то девушкой, идущей с ним под руку. Они не замечают меня, а я не могу не смотреть на эту пару.
— Ты тоже это видишь? — спрашивает Эмбер, кивая в сторону блондина с длинными волосами и щетиной. Он похож на рок-музыканта. Овальное небритое лицо, всё такое же подкаченное тело с мешковатым серым костюмом, висящим на нём… Господи, как я могла когда-то любить его?
Я киваю в знак согласия и отворачиваюсь от созерцания того, как эти люди проходят по лестнице вверх.
Занавес открывается, и я вижу декорации старинного дома.
***
Спектакль о том, как девушка знатного сословия имеет звание графини и отправляется в Великобританию по делам государственной важности, в пути она влюбляется в своего слугу, а в Британии ждёт сын друзей её родителей, а то есть богатый и успешный герцог.
Весь спектакль Даррен играл слугу графини и, соответственно, её возлюбленного и пылко влюблённого парня. Он танцевал с ней два танца. Один был похож на балет, только без трико. В танце они договаривались о том, что она смоет с себя весь макияж и предстанет перед герцогом в своей натуральной красоте, которую он так любит. Она сначала сопротивлялась этому, но когда он обиделся и ушёл, девушка вернулась к нему и согласилась исполнить план. И всё это в танце!
