Попрощавшись, я закрываю дверь и чувствую, как живот снова начинает тянуть и давить. Через несколько секунд я уже склоняюсь над унитазом, зачесав чёлку назад своей пятернёй. После четвёртого раза я вытираю лицо и встаю с пола. На моих ногах рисунок плитки туалета, только не чёрного цвета, а красные отметины в виде квадратиков. Выхожу из комнаты и захожу в ванную, чтобы почистить зубы.
— Ну что, цела? — спрашивает сестра, когда я прохожу мимо её комнаты и киваю. Ховард сидит за компьютером, а услышав меня, разворачивается к проходу.
— Привыкай, это надолго. Завтра пойду, встану на учёт в больницу, после учёбы. А потом поеду на работу. Эх, действительно напряжённый денёк получится, — вздыхая, говорю и поворачиваюсь в сторону комнаты.
— Эй, хвостик! — окликает меня голубоглазая блондинка, я поворачиваю голову. — У тебя всё получится! Всё! Слышишь? Ты сильная, и я в тебя верю! — подбадривает меня родной человек. Я улыбаюсь, и мои глаза загораются от любви этой девушки.
— Как всегда, — коротко отвечаю и устало подмигиваю сестре, после чего мы обе занимаемся своим делом. Я загружаю схемы и текстовые документы. Мой чёрный принтер начинает жужжать, как только нажимаю кнопку со словом «печать».
— Ну что же, бурная жизнь продолжается, посмотрим, как мы будем с тобой справляться и что из этого получится, ты же мне поможешь, малыш? — задаю вопрос, положив руки на живот, ожидая, пока все документы распечатаются. — Хм, говорят, что молчание — знак согласия. Значит, вперёд к подвигам! — настраиваю я себя, забирая лекцию по
Симптомы проблемы, или наглядное пособие о том, как сочетать не сочетаемое.
***
— Не хочу, не буду! Меня же тошнит от всего этого! — истерю я, смотря на сестру, готовившую мне завтрак в четвёртый раз за утро. Она перевела все продукты, имеющиеся у нас, чтобы приготовить эти четыре завтрака для меня.
Сегодня утром мне снова приснилось моё прошлое, только не день зачатия, как это было раньше, а момент из моей прошлой двойной жизни.
Мы сидели с Кастером около камина и разговаривали о нашем будущем. Мы хотели пожениться и, когда оба встанем на ноги, купить квартиру, поднакопить денег и родить ребёнка.
Проснулась я после этого сна в слезах и с температурой 38, но она очень быстро прошла. Мне пришлось выйти на застекленный балкон, чтобы немного охладиться, после чего я пошла в ванную, и потом меня снова стошнило от запаха, доносящегося с кухни. Эмбер тогда готовила себе завтрак.
— Слушай, знаешь что! С твоими потребностями ты скоро в обморок будешь падать. Две недели почти ничего не ешь! Только одну воду да фрукты. Так же нельзя! — орёт на меня сестра, а я смотрю на неё и, не знаю почему, но начинаю заливаться смехом.
— Ха-ха-хах, Эмбер, ты такая смешная! — держусь за живот и пытаюсь ровно дышать, но в сочетании с истерикой это совершенно не получается.
— Не вижу ничего смешного… — Обиженно смотрит на меня сестра, а я лишь не могу остановиться.
Решаю взять себя в руки и, вытирая глаза, смотрю на блондинку в шортах и белом топе. Она занималась гимнастикой перед завтраком.
— Ну, роднуля моя, мы же с тобой вместе проходили тему перинатального развития. Ты прекрасно знаешь, что если у меня токсикоз, я не могу ничего толком съесть. Меня от всего начинает тошнить. А в конце седьмой недели всё становится только хуже. Скажи спасибо, что на пятой и шестой я могла нормально поесть, — объясняю я, переводя взгляд на еду.
Тут неожиданно в мою голову приходит мысль о том, чтобы смешать труды моей сестры: омлет, жареный бекон, тушёные баклажаны, солёную красную рыбу с клубникой и шоколадом.
У меня даже потекли слюнки. Я поднимаюсь с углового сидения и достаю блендер. Засыпаю туда все ингредиенты и, закрыв крышкой, включаю кухонный прибор. Жижа получается грязно-розового цвета с белой пенкой.
Открываю крышку и вдыхаю райский аромат. Чувствую, как сестра подходит ко мне со спины. И смотрит на плод моего творения. На её лице появляется отвращение, а кожа покрывается нездоровым оттенком.
— Фу, как можно такое… — она прекращает говорить в тот момент, когда я прямо из блендера начинаю пить мой своеобразный коктейль. — Меня сейчас стошнит!
Девушка в синих шортиках убегает из кухни, а я довольная беру столовую ложку и сгребаю остатки со стенок блендера.
После завтрака я переодеваюсь в вязанное платье и тёплые легинсы. Собрав сумку, выхожу в холл.
— Ховард, я жду тебя в машине! — кричу я, надев сапоги, и выхожу на улицу в бежево-золотом пальто.
