Я открыл ядро души и приготовился к бою. Говорить с демонами я не собирался. Пока что во мне не настолько укоренилась мысль о сотрудничестве с этими существами. Если старик Ямато хотя бы выглядел дружелюбно, то эти два урода просили кирпича в морду одним своим внешним видом и манерами.
Анализировать способности врагов времени не было. Сила демонов в принципе не поддаётся объяснению. Твари из других миров не пользуются ядрами души, как люди, хотя они у них тоже есть. В моём прежнем мире этих существ пытались изучить, но ничего толком не вышло. Один раз кровь подопытного загорелась в пробирке, в другой раз живой запертый демон вдруг просто растворился в воздухе, превратившись в смертельный газ, а иногда чудовище умирало от небольшой иглы, хотя спокойно выдерживало прямое попадание из танкового оружия. Демоны — загадка, как и источник их способностей.
Если каждая техника человека идёт от одного из ядер души, то сила демона просто невообразима. Я не знаю, что они могут, а чего нет, поэтому кидаться напрямую не собираюсь, пусть они делают первый ход.
Лысый осмотрел багровое застывшее небо над головой.
— Спасибо, милая — он похлопал мумию по плечу и повернулся к нам — А теперь, когда мы остались одни, то можем обсудить условия продажи этого гнилого сарая, который ты по какой-то причине зовёшь домом, Ичиро Васильев, хе-хе… — усмехнулся демон, пнув ногой в стену особняка.
— Дом не продаётся, особенно таким упырям, как ты — сказал я, внимательно следя за каждым движением демонов.
Он назвал мумию «милая»? Чего⁈
— Семья Красной птицы получает всё, что ей нужно, с помощью денег, или с помощью смерти. Ты выбираешь второе, Ичиро Васильев? Хе-хе… — этот его смех начинает меня раздражать.
Бурый повернулся ко мне.
— Видишь? Нечего с ними говорить, переломаем хребет тварям, и дело в шляпе — в нетерпении сказал он.
— Погоди, мне нужно ещё немного времени — тихо сказал я.
Выигрывая себе ещё немного времени, я с радостью говорил с демоном, при этом использую духа стихии, чтобы незаметно забрать свой посох из дома. Наш особняк был очень старинным, сделанный из камня, поэтому дух земли мог свободно путешествовать по моему дому и найти для меня мой истинно чёрный оникс. Этим я и занимался.
— А разве демону не западло служить людям, а? Или боссы клана тоже из твоего семейства?
— Что ты сказал? Ты посмел унизить меня, смертный сопляк⁈ — голос демона стал выше, приобретая какие-то странные адские нотки, переходящие иногда в женский истеричный голос. Звучит и правда жутко.
Кажется, я задел его чувства. Я и не рассчитывал, что он так эмоционально отреагирует, но теперь я узнал немного больше о демонах. Значит, глава Красной птицы действительно человек, причём настолько могущественный, что смог подчинить своей воле демонов. И ведь это не тупые демонюги, вроде того, рогатого в больнице, а умные и изворотливые сукины дети.
— Ха, а ты, кажется, обиделся. Да наверное, сложно выполнять команды простого смертного, когда тебе самому наверняка уже больше пары сотен лет, а? — усмехнулся я, видя, как его задела это невинное и даже детское издевательство.
Лысый открыл рот, и из него вывалился огромный двухметровый язык. Он упал на холодное крыльцо моего дома, оставив какую-то желеобразную слизь на ступенях.
— Пришло время умирать, смертный! — заорал лысый, его голос по ходу предложения перестраивался из грубого мужского в женский истеричный.
Демон бросился в атаку, пока мумия смирно стояла рядом, разве что на её бинтах начали появляться какие-то чёрные знаки, я не успел их разглядеть.
Я всё это время использовал силу стихии, отыскал и забрал свой ониксовый чёрный посох из дома. Так что, когда демон кинулся на меня, я присел на одно колено и ударил рукой в землю. Кулак провалился примерно на десять сантиметров внутрь почвы, и я достал свой посох.
— А вот теперь понеслась! — скомандовал я Илье и сам бросился в атаку.
— Я возьму на себя этого мастера куни! — с ухмылкой кинулся вперёд Бурый, на бегу перевоплощаясь в медведя.
Языкастый монстр орудовал органом, словно хлыстом. Длинный язык обмотался вокруг ноги Ильи именно в момент трансформации, но это не помешало напарнику полностью принять облик хищного, огромного и грозного медведя. Звериной лапой он полоснул демона по языку, обрубив его одним движением. Кровь хлестала во все стороны и с невероятным напором.
Лысый заорал женским криком и попытался открыть рот ещё шире, но в его голове что-то щёлкнуло и нижнюю челюсть просто повисла, держась за кожу. Кажется, он вывихнул её или вообще сломал. Язык скукожился обратно в рот, фонтаном крови брызгая вокруг. В это же время, пока медведь был занят лысым, я бежал на мумию.
Она стояла и не шевелилась, разве что чёрные символы на её бинтах стали более отчётливыми. Это были иероглифы и какие-то знаки, в которых я ничего не понимал.
