Но спорить Кристиан не собирался. Королевский так королевский. В конце концов, он до сих пор не был уверен, что Эльза приняла его предложение.
– Меня восхищает то, что ты становишься действительно безжалостным, когда защищаешь близких тебе людей. Такие изящные комбинации – с Маттиасом Вайсом и Андресом Кохом… терпеть не могу тех, кто подставляет вторую щеку.
– Господи боже, - пробормотал Кристиан, - про Андреса ты откуда узнала?
– Мария Фергин написала мне. Пришлось ее успокаивать – твои методы несколько напугали девушку.
– А тебя?
Эльза вздохнула, ее дыхание коснулось его подбородка, и он зажмурился от знакомого и такого любимого запаха.
– Я выросла на улице, Кристиан, – напомнила Эльза. - Меня очень сложно напугать. Но я умею ценить преданность – это, пожалуй, самая надежная валюта у тех, у кого больше ничего нет.
– Преданность? - уточнил Кристиан и потерся носом о ее нос.
Эльза хихикнула.
– У тебя щетина!.. Преданность детям, Берте, мне. Ты же даже придумал, как вырвать меня из лап клана Ли, иначе я бы так и болталась по портовым закоулкам с контрабандным алкоголем.
Тут Кристиану снова захотелось возразить – просто старикан Ли вовремя отдал богу душу и все в целом удачно сложилoсь. И он снова велел себе заткнуться.
– Эльза, к чему все эти разговоры?
– К тому, что ты ужасно бесчувственный! – выпалила она с досадой.
Кристиан даже онемел от подобного обвинения.
– Сделал предложение – и с чистой совестью заснул. А я?
– Да почему тебе так сложно просто ответить согласием, – вяло оскорбился Кристиан. – Неужели это настолько тяжелый выбор?
Тут Эльза села, оперевшись руками о живот Кристиана – перед его ?осом мелькнула ее обнаженная грудь. ?е бедра охватили его бедра, а волосы мазнули по его лицу. Эльза поелозила ягодицами, и Кристиан ощутил себя стойким оловянным солдатиком, возбудившись как по кoманде.
– Я собиралась, – сказала она потяжелевшим голосом, - трезво взвесить все «за» и «против». Обдумать все с холодной головой. Но вместо этого просто всю ночь смотрела, как ты спишь. И мне было так хорошо – от того, что ты рядом, от того, что ты дышишь, от того, как бьется твое сердце. И я вдруг подумала, что так хорошо может быть ведь очень долго – каждую ночь, возможно.
Кристиан не успел ответить – потому что это совершенно определенно было «да» и потому что у него почти остановилось сердце, но тут Эльза чуть приподнялась, а потом опустилась, охватив его горячо и тесно, в ней было упоитeльно и по–тягучему хорошо,и Кристиан подался ей навстречу под звон свадебных колоколов, которые звенели в его голове.
Ганс решил вопрос с поцелуями Хельги по–своему: просто отловил прыткого юношу Артура возле школы да и пригрозил ему страшными карами.
После этого в доме Кристиана воцарилась трагическая атмосфера: Хельга напоминала привидение и хлюпала носом. Она никак не могла понять, по какой причине ее отвергли.
Дочь было жалко, но Кристиану стало куда спокойнее.
С нового года в смешанной школе ожидали нoвого директора: Фейсар покинул свою должность добровольно. Кристиан не стал спрашивать у Ганса, как так случилось.
В начале лета вернулась Берта,и дети сразу повеселели.
Она остановилась в доме своего отца и честно навестила Андреса в лечебнице, но свидания ей не разрешили. Кристиан щедро платил за то, чтобы старый пень оставался там в тишине, забвении и даже в комфорте.
Пользуясь тем, что наступили каникулы, Берта увезла детей на море,и Кристиан провел целый июнь,изнывая от жары и счастья в мансарде Эльзы.
Под крышей былo душно, по ночам на пустыре лаяли собаки, фабрика начинала гудеть с раннего утра, комната казалась тесной, а еду они себе готовили на смешной газовой горелке в углу. Получалось либо горело, либо сыро, но никогда ещё у Кристиана не было такого зверского аппетита.
По вечерам он зарывался в банковские бумаги, а Эльза в учебники – она объявила, что про финансы знает все и безо всякого университета, потому решила изучать химию. Но тихое шуршание бумаг длилось обычно недолго – после чего одежда летела прочь, и голые тела переплетались там, где их застигала страсть.
Эльза выпустила на рынок кумарин, а потом – ярко-синюю ткань, ставшую хитом сезона. Она передала все права на пурпур магазинам готового платья госпожи Фабер,и туда выстраивались настоящие очереди из покупательниц.
Должно быть, госпожа Фабер с большой благодарностью вспоминала тот день, когда Хельга Эрре украла у нее чулки.
Хауслер опять пpевратился в сумасшедшего изобретателя, одичал, отрастил бороду и почти не покидал свою мастерскую, Аккерман носил ему туда еду и выпивку, и оба они частенько даже ночевали там. Кристиан ни о чем не спрашивал, а Эльза только усмехалась.
К осени они намеревались поставить на конвейер целую линейку газовых титанов, горелок, светильников и обогревателей.
Вcе это требовало целой прорвы денег,и Эльза бестрепетно вливала в фабрику Кристиана доходы химического цеха.
Нaдо сказать, что Кристиан попытался ей помешать, заверяя, что возьмет заем в собственном банке.
