Я выдохнула и прислонилась к стене, прислушиваясь к тишине и вдыхая запах страха, которому было более сорока лет. Я ощутила слабую воздушную тягу, поднимающую мои волосы вверх. Наклонив голову, я опустила динамик вниз и скользнула на пол.
— Сколько времени до того, как они двинуться за ними? — выдохнула я.
— Пятнадцать минут, шестнадцать секунд, — ответил Дженкс с моего плеча.
Я помолчала, потом скрестила руки и перенесла свой вес на другую сторону бедра.
— Мы не увидим никаких действий, да?
— Если следовать указаниям Гленна, наши шансы, как у феи в саду пикси, — честно произнёс Дженкс. — Но меня бы здесь не было, если бы я не думал, что ребята облажаются и пошлют их сюда. Ублюдки побегут, и это не будет задняя дверь.
— Я тоже так думаю, — улыбнулась я в темноте и стала ждать.
В зеленоватом свете от неоновой палки, оставленной мне Гленном, Дженкс выглядел крошечным, болезненным призраком: он сидел на моих коленях с вытянутыми ногами, игнорируя меня. От неподвижности мне стало холодновато. Я сидела рядом с вентиляционной шахтой, упираясь спиной в стену, сумка лежала в ногах. Восходящие потоки воздуха играли с моими волосами. Я покатала неоновую палочку между ладонями, прислушиваясь к случайным разговорам по рации. Вытащив динамик из уха, я согнула его и свесила вперед, чтобы Дженкс тоже был в курсе дел. Разговоры крутились вокруг ЛПСО: кто они, на что способны, сколько раз избегали ареста. Я должна бы слушать, но у меня из головы не выходили мысли о чарах Трента.
— Ты в порядке? — спросил Дженкс, его крылья сверкали так, будто в них застряли капли воды.
Я улыбнулась, вспомнив, насколько были красивы его крылья вблизи, когда я уменьшилась, чтобы помочь ему прожить первый самый трудный день после смерти его жены.
— Думаю о чарах Трента, — призналась я.
Дженкс нахмурился, его угловатые черты лица сморщились, когда он поправил свои ботинки.
— Да? Те чары Пандоры, что он сделал, чуть тебя не убили. Нужно было позволить мне зарыть их в саду.
Я подтащила свою сумку ближе и заглянула внутрь, глядя на голубые и золотые колышки. Их было трудно различить в тусклом свете, но я сунула пару парализующих чар в свой правый сапог, пару ослепляющих в левый.
— О Боже. Ты собираешься их использовать! — простонал Дженкс, и я быстро закачала коленом, пока он не слетел.
— Я буду выглядеть довольно глупо, если они мне понадобятся, а у меня их не будет, — сказала я, шевеля ногой, пока холодный металл не согрелся и пощипывание не прекратилось. Я не работала в организации, но даже я знала, что оставлять болтаться в сумке свободные чары — плохая идея, и пока Дженкс изображал будто вешается, я собрала остальные колышки, бросая их в застегивающийся внутренний карман моей наплечной сумки, где они не попадутся мне под руку, когда я потянусь за пеинтбольным пистолетом. Я до сих пор не знала, что делает крошечное колечко Трента, и посмотрела на него, вспомнив, что Дженкс рассказывал о своих мальчишках. Трент просто забыл. Вот и все.
— У меня есть время позвонить? — спросила я, наклоняясь, чтобы достать телефон из сумки.
— Что? Прямо сейчас? — Дженкс опустился обратно на мое колено, на его лице было написано отвращение. — Серьезно, Рэйчел, то, что он сделал для тебя чары — мило и все такое, но ты хочешь доверить свою жизнь сомнительным навыкам Трента?
Воспоминание о том, как Трент готовился проникнуть в хорошо охраняемую крепость Вьютонов и украсть свою собственную дочь, заполнило мои мысли. Оно было не о том, как хорошо эльф выглядел в черном воровском костюме, в котором прорисовывалась каждая линия мускулов, или об очевидной подготовке, которую он провел, вплоть до того, чтобы заставить меня помочь ему добраться туда живым. Это была уверенность Трента, его желание. Я видела их под аркой, прежде чем она упала, в пустыне Аризоны, когда он вызвал Ку ’Сокса, или в том маленьком глупом баре в Лас-Вегасе, когда он не хотел уходить и садиться в машину. Я видела их вчера вечером, когда он помог мне с Алом. Трент пытался стать тем, кем хотел быть, и на самом деле… получалось не так плохо. По какой-то странной причине, я доверяла ему. Боже помоги мне.
Если из-за него меня убьют, я буду зла.
— Сколько у нас времени? — снова спросила я Дженкса, мой пульс быстро бился, когда я включила телефон, молясь, чтобы был сигнал. Одна полоска антенны. Этого может быть достаточно, и Дженкс замолчал, пока я прокручивала список недавно набранных мною номеров и выбрала Трента.
— Достаточно, если ты быстро, — ответил Дженкс, его выражение было встревоженным. Его крылья двигались урывками, когда он встал, слегка прислонившись ко мне в демонстрации двойственности своих чувств.
— Я просто хочу знать, — сказала я, убирая волосы от уха и прикладывая к нему телефон.
Прошло три гудка прежде, чем кто-то ответил, и я нервно поерзала, пока дулся Дженкс. Я не знала, что сказать, и ощущение усугубилось, когда линия щелкнула соединением и очень неясный голос Трента пробормотал:
— Рэйчел? Ммм, привет.
