«Маленькая спальня – будущая детская. Понятно, детскую решили заранее не оборудовать, примета плохая. Раньше папа никаких примет не боялся. Станешь суеверным, когда на восьмой год брака ребёнка дождёшься».
– Тогда – в кабинете отца, прямо напротив, дверь в дверь. У него диван широкий. А почему отопление не работает?
– Отопление в порядке, в мае мы котел часто запускали. Но Юра не научил меня с ним управляться. Собственно, мне он и не нужен, мне, наоборот, – хорошо, что ночью не жарко. А ты как будешь?
– А я пижаму и носочки махровые надену.
Прохладно ли было на вторую ночь, Ася не заметила, Юля спала безмятежно, бегать к ней не пришлось. Видимо, близкое соседство Аси помогло.
Днем с утра погода была ясная, солнечная, Ася полдня купалась и загорала, много времени провела в саду, даже читала на террасе в шезлонге. Юля занималась хозяйством, руководила уборкой, заказывала продукты. От любой помощи Ася она отказалась: «Отдыхаешь – отдыхай». Примерно так же прошел и третий день. А на третью ночь…
Асе снилась местность, похожая на эпизод из маминого кино. Долина между скал, вся покрытая цветущими розовыми кустарниками, спускается к морю. На фоне раскинувшегося до горизонта моря стоят и позируют мужчина и две женщины. Кажется, это отец, мама и Юля, но Ася не уверена, она смотрит против солнца, причем, в прицел снайперской винтовки. «Это снимают кино? Конечно, кино». Кадр сменяется, как будто камера поднимается все выше и выше. Ася видит лежащего на скале снайпера в черном облегающем костюме с большой винтовкой. Не видно тех, в кого он целится, но становится тревожно. Раздается выстрел…
Ася проснулась от громкого хлопка. «Где? Что?» Она вскочила с дивана. Какой-то шум и треск доносился от заднего крыльца. Ася, не зажигая свет, на цыпочках побежала по коридору. Странные всполохи на потолке отчасти успокоили её. «Грабители бы так себя не вели». Она зашла в каморку под лестницей, выглянула в окно – и не поверила своим глазам. Куча хвороста у дома разгорелась костром, сухие ветки потрескивали в пламени, выстреливая искры, которые вместе с дымом то поднимался столбом к небу, то сдувались ветром в сторону дома. Снова раздались хлопки, над соседним «невезучим» домом пучком взлетели несколько петард и унеслись в разные стороны, как хвостатые кометы.
«Очумели, хулиганы! Весь поселок хотят спалить! А у нас уже пожар. Пожар?!» В голове Аси, как вспышки реклам, пронеслись слова: «огнетушитель, ключ, коробка». Она вихрем метнулась к выключателю, включила свет, достала ключ из коробки, повернула, сняла огнетушитель и распахнула дверь. Хорошо, что не успела шагнуть! Прямо у порога горело и пузырилось ковровое покрытие, клубы едкого дыма потянулись в дом. В горле запершило, Ася задержала дыхание и направила струю пены на огонь. В несколько секунд пена залила большой кусок ковра и костер. Стало тихо и темно, шум и треск сменился змеиным шипением. Ася бросила огнетушитель и поскорей закрыла дверь, но в коридоре уже было довольно дымно. «Что случилось, что за шум?» – в проёме двери показалась Юля. «Юля, не выходи, тебе вредно!» – крикнула Ася, но поздно. Юля побледнела, вытаращила глаза и, хватая удушливый воздух открытым ртом, мягко осела на пол.
Ася – откуда силы взялись – потащила Юлю волоком в её спальню, уложила на постель. На окне фрамуга была приоткрыта, но Асе показалось этого мало, она распахнула створку настежь. Юля не приходила в сознание. «Нашатырный спирт! Аптечка есть наверху. Скорей наверх!».
Ася побежала по лестнице, но на первой ступеньке, нога поехала вбок, Ася пошатнулась, ударилась головой о стену и повалилась назад на спину.
Искры из глаз – это не вымысел, это то, что увидела Ася. «Как меня угораздило поскользнуться! Юле нужна помощь, а я свалилась, как куль!» Ася осторожно перевернулась на бок, встала на четвереньки и попыталась встать. Левая нога отозвалась острой болью. Стиснув зубы, она поднялась, цепляясь за перила. «Ничего, это не перелом, растяжение. Если бы перелом, не встала бы, – уговаривала она себя. – Можно на одной ножке допрыгать на второй этаж по лестнице. До чего же скользкие эти ступеньки! Ой, да я же в носках!». Она присела на лестницу и сдернула носки. Ухватилась за перила, подпрыгнула на одну ступеньку, вторую, третью. Запыхалась и остановилась. «Мне здесь вверх-вниз придется целый час прыгать. Что же делать?».
– Ася, ты где? – слабо донесся из-за двери голос Юля.
– Юля, у тебя в спальне есть аптечка?
– В шкафу на верхней полочке, а зачем тебе?
Пока Аси допрыгала до порога комнаты, до неё дошло, что нашатырь Юле уже не нужен.
– Мне надо бинт эластичный, ногу перевязать. И ледяной компресс.
Ася мило беседовала с Юлей, сидя за чайным столом, придвинутым к дивану, чтобы можно было положить повыше больную ногу. Она осмелела и спросила о том, о чем думала с самого начала.
– Зачем вы все-таки сделали такой капитальный ремонт: третий этаж убрали? Можно было проще перестроить дом. Новая крыша, фасад с колоннами, перепланировка сада, наверное, влетели в круглую сумму?