В коридоре мне хватает соображалки замедлить шаг и поздороваться с давешней суровой секретаршей. Она вышагивает с чайником в руке. Вероятно, по воду путь держит.
Выскочив на улицу, я не бросаюсь опрометью через двор. С наших с Вадиком дембельских посиделок помню тайный ход на школьный двор. За углом была дыра в заборе. Пригнувшись, несусь под окнами вдоль здания. Под ногами бодренько хрустит снежок.
«По следам меня и найдут», — после приступа ярости, затмившего разум, это первая рациональная мысль.
Профилактика правонарушений требует системного подхода. Мгновенный результат она приносит редко. Судя по тому, что дежурный отправил ГБР на исходную, исключения из правила не случилось.
— А я говорил, надо было паковать! — упрекнул старшего экипажа Слава Остроухов. — Гоняй теперь взад-вперёд.
Кирьянов промолчал. В работе на улице беспонтово гадать, как лучше. Ему не захотелось начинать смену с вонючего опойка. Поэтому прапорщик ограничился тем, что втолковал ханыге на понятном тому языке, что нельзя нарушать общественный порядок, дал пендаля и покатил тащить службу дальше.
Колдырь оказался шибанутый. Мало того, что через пять минут он вернулся в закусочную, так он ещё устроил там дебош. Соответственно наманикюренный палец барменши снова нажал тревожную кнопку.
«Голубой шарик» — заведение с историей. В советские времена то была самая востребованная пивнуха на Текстильщике. Название народ ей дал за висевший под потолком круглый синий светильник. Теперь меткое прозвище красуется на вывеске.
Наступил новый век, а «Шарик» так и остаётся страховидной халабудой, обитой облезлым гнутым пластиком, с плоской шиферной крышей. Тем не менее народная тропа сюда не зарастает. Секрет популярности — в традициях. Здесь всегда свежее разливное пиво. Водка хоть частенько и левацкая, вместе с тем завсегдатаи не припомнят случая, чтобы кто-то траванулся насмерть. Демократические цены заведения неподвластны инфляции. Посетители — обычная пьянь, и судимых достаточно, однако ж не конченные маргиналы. А ещё тут готовится фирменное блюдо — на удивление вкусная курочка-гриль. Иногда в конце смены милиционеры берут домой по половинке. Не задаром, но с хорошей скидкой.
— И снова здрасьте! — бросил Кирьянов барменше, окидывая зальчик взглядом. — Где?
— Под столом валяется. Обоссался.
Прапорщик потопал в угол, фанерный пол зыбко играл под ногами. Забулдыга валялся на спине с распахнутыми зенками, щерился беззубо. Радовался обманчивой пьяной свободе.
Кирьянов вынул из кармана латексные перчатки. У их клиентуры заразы в ассортименте. Тут и вши, и чесотка, и чего посерьёзней.
Остроухов, выбрав, где сухо, положил на прилавок четвертушку серой бумаги. Скупердяйство носило вынужденный характер. Писанины всё больше, а канцтоваров у комбата не допросишься.
— Пиши заяву, Люси.
— Ну, во-от, — барменша надула фиолетовые губы.
— А ты как думала?
— Про то, что он кружку в меня кинул, писать?
— Хочешь на уголовку натянуть, пиши.
— Ага! Чтоб затаскали потом!
— Тогда пиши, что в стену кинул.
Остроухов отошёл к напарнику. Тот, с грохотом роняя стул, вытаскивал пьяного за руку в проход.
— Тяжёлый падла.
— Вован, давай я за другую, — для удобства старшина закинул автомат на плечо стволом вниз.
Тело доволокли до «уазика», когда по рации прохрипел сигнал «Обрыв-один».
Милиционеры встрепенулись. Алкаш с их подачи крутнул сальто в «злодейский отсек». Резко саданувшая дверь чудом не ампутировала ему нижние конечности.
Запрыгивали на ходу. Кирьянов — на командирское сиденье, Славян — назад. «Батя» вырулил на проезжую часть и врубил «люстру». Сирена, чтоб не мешать переговорам по рации, помалкивала.
Кирьянов добивался от дежурки конкретики.
— Ленина, сорок два! — членораздельно продублировал адрес для своих.
Водитель кивнул. Маршрут понятен. По вытянутой кишкой улице Абельмана — в центр.
— Кому прилетело? — подробности имели значение. — Крепко?
В ответ динамик выдал зверский хруст. Радиопомехи превращали переговоры в мучение.
Кирьянов выдернул из нагрудного кармана мобильник. Утром заступила смена Медведева. Значит помдеж — Грибков. Его номер был забит в быстрый набор.
— Паша, вынь болт изо рта и говори по-русски! Кому прилетело?
Сигнал «Обрыв-1» означал нападение на сотрудника милиции. По нему все патрули и экипажи должны стремглав лететь на место происшествия для задержания преступника и оказания помощи пострадавшему товарищу. Исполняется вводная всегда рьяно. Ментовская взаимовыручка! Каждый понимает, что в любой момент сам может оказаться в такой ситуации.
Пальцев одной руки будет лишку, чтобы сосчитать тех, кто сейчас в игре. Их группа быстрого реагирования. Экипаж ОБО, экипаж ДПС. «Гибэдэдэшники» не факт, что в городе, может, их угнали в район оформлять ДТП. Свою группу отправит на дребезжащей «буханке» дежурная часть.
Информация, полученная от помдежа, позабавила Кирьянова:
— Следак огрёб. «Батя», не гони. Дай я хрен к носу прикину.
Остроухов пощипал себя за чёрные усики: