Градоначальник Лу и впрямь планировать действовать по образцу Нинхая. Нинхай ради привлечения к себе съёмочной группы «Улыбающегося гордого странника» непосредственно уступил медийной компании Чэнь Фэйр часть акций киностудии Нинхай. Реальность показала, что это было взаимовыгодное сотрудничество.
Градоначальник Лу явно изучал это дело, даже сказал «по образцу Нинхая», но пусть даже он был начальником Дэнфэна, он не мог полностью скопировать Нинхай. Киностудия Нинхай охватывала основные живописные места Нинхая, а компания по развитию хозяйства в Шаолиньском монастыре ограничивалась лишь одним монастырём.
Но в этом не было ничего плохого, ведь медийную компанию Чэнь Фэйр интересовал только Шаолиньский монастырь. К тому же никто из местных не будет против учреждения компании по развитию хозяйства в Шаолиньском монастыре, все, наоборот, только поддержат эту затею.
Как говорится, нужно построить гнездо, чтобы завлечь феникса. Градоначальник Лу, вне всякого сомнения, только сейчас додумался до этой идеи. Это не был заранее подготовленный план, но идея была отличная. Это будет взаимовыгодное сотрудничество.
Теперь и остальные чиновники прозрели, а начальник управления по туризму уставился горящим взглядом на Лу Чэня. Они не могли придумать, по каким причинам Лу Чэнь мог бы дать отказ.
Лу Чэнь, конечно же, не мог отказаться. Окинув взглядом Лу Си, он с улыбкой произнёс: «Я считаю, что это хорошее предложение, но если вкладываться в учреждение новой компании, тогда 30 миллионов будет недостаточно. Конкретные детали мы обсудим чуть позже».
«Кроме того…»
Лу Чэнь повернулся к Чэнь Фэйр: «Фэйр, скажи ты».
Чэнь Фэйр кивнула, нежным голосом сообщив: «Кроме того, я и Лу Чэнь решили лично пожертвовать ещё 20 миллионов на строительство лицея в Дэнфэне и на оказание материальной помощи бедным ученикам».
Градоначальник Лу сперва растерялся, а затем принял серьёзный вид и поднял ладони вверх.
Вскоре в помещении раздались бурные аплодисменты!
Будучи ныне популярнейшими звёздами отечественного шоу-бизнеса, Лу Чэнь и Чэнь Фэйр имели общую особенность, которая заключалась в том, что они никогда не строили из себя важных персон и никогда не считали, что выше остальных, поэтому в деловых кругах у этой пары было намного больше друзей, чем врагов.
Таких же манер продолжала придерживаться и медийная компания Чэнь Фэйр, совместно учреждённая обоими людьми. Она вела дела честно, старалась прийти к взаимовыигрышным соглашениям и искренне обходилась с деловыми партнёрами.
Например, когда съёмочная группа «Улыбающегося гордого странника» прибыла в Дэнфэн ради съёмок, местная администрация оказала очень радушный приём и подготовилась по всем правилам этикета, но Лу Чэнь не считал, что это было обязательно, и не собирался высокомерничать.
Сперва пожертвованные на ремонт Шаолиньского монастыря деньги являлись искренним желанием сотрудничать, а теперь Лу Чэнь и Чэнь Фэйр выразили желание совершить личное пожертвование, чтобы установить с администрацией Дэнфэна прекрасные отношения. Это послужит крепким фундаментом для продолжительного сотрудничества.
Когда снимался «Пронзающий Хуашань меч», Лу Чэнь пожертвовал Нинхаю 30 миллионов.
А такое его поведение, несомненно, вызвало восхищение всех чиновников Дэнфэна, включая градоначальника Лу. Они чуть ли не били себя в грудь, ручаясь, что поддержат и посодействуют работе съёмочной группе.
На следующий день Лу Чэнь и Чэнь Фэйр вместе со многими членами съёмочной группы в сопровождении градоначальника Лу и нескольких чиновников посетили Шаолиньский монастырь на горе Суншань.
Шаолиньский монастырь располагался в густых лесах горы Шаошишань, что являлась составной частью горы Суншань, отсюда и происходило название «Шаолинь». (*Дословно Шаолинь переводится как «леса Шао», то есть «леса горы Шаошишань»*) Монастырь был построен на девятнадцатом году правления династии Северная Вэй, или в 495 году. Его соорудил император Сяовэнь-ди для индийского буддийского монаха Бхадра, которого он очень чтил. Шаолинь был установлен на северном склоне горы Шаошишань, благодаря чему взирал прямо на древнюю столицу Лоян.
Эта многовековая постройка несколько раз сгорала в войнах и несколько раз реконструировалась, а так как она являлась священным местом, откуда начал распространяться буддизм по Китаю, она стала охраняемой культурной ценностью и также считалась достопримечательностью горы Суншань.
Но из-за нехватки денежных средств в городском бюджете, а также малой известности Шаолиня этот монастырь, который Лу Чэнь увидел собственными глазами, не мог сравниться с тем монастырём, что существовал в мире сновидений.
