Днище катера появляется в виде темного пятна с западной стороны бухты. На этот раз береговая охрана решила пройти поблизости от «Миллениума». Или вовсе остановиться рядом. Значит, я не напрасно организовал подводную охоту.
Торопливо заталкиваю гарпун в ствол, подкачиваю насосом воздух в объем ресивера и устремляюсь к стайке…
Охота заканчивается в тот момент, когда борт катера береговой охраны соприкасается с бортом «Миллениума».
Насаживаю на гарпун добычу — три жирные сардины и, передав напарнику, подталкиваю его к поверхности: «Действуй!»
«А ты?» — вопросительно глядит он.
«Не могу, — развожу руками. — Вдруг они разыскивают меня?!»
Кивнув, Михаил уходит к играющей яркими солнечными всполохами поверхности…
Его голова появляется над водой у опущенной купальной платформы в тот момент, когда катер береговой охраны швартуется к борту «Миллениума». Пара матросов закрепляет швартовые концы на утках, несколько человек стоят вдоль борта с автоматическими винтовками. Офицер с помощником перебираются через леерное ограждение.
Миша Жук всегда устраивал меня в качестве напарника. Надежный, вдумчивый, смелый парень. И, несмотря на внешнюю невозмутимость и флегматичность, обладающий живым умом и поразительной находчивостью.
Сделав вид, будто не заметил подошедшего катера, он показывает добычу и радостно кричит:
— Господа, на обед сегодня свежая морская рыба! По полрыбины на брата!..
— У нас гости, — безрадостно объявляет Жора.
— Гости? А чего хотят?
— Пока не знаем…
Озадаченный Жук поднимается на платформу.
— Вы говорите по-английски? — по-хозяйски расхаживая по кокпиту, спрашивает офицер — низкорослый филиппинец лет тридцати.
— Да, — делает шаг вперед Инга, боязливо поглядывая на снующих вокруг катера стрекоз. — Мы туристы из России. Позвольте узнать цель вашего визита?
— Приношу извинения за беспокойство. Я хотел бы проверить ваши документы.
Тон вежлив, агрессии в поведении нет. Четкая швартовка, приготовленное оружие и отработанные действия команды — не более чем приобретенные на службе навыки. Это отчасти успокаивает команду «Миллениума».
Все на корме, кроме Марины. Игорь помогает Михаилу освободиться от снаряжения, Георгий принимает «гостей». Инга переводит фразы офицера. Марина у кухонного бокса за сдвижной стеклянной перегородкой салона.
Офицер приступает к проверке паспортов. Ничего крамольного он там не найдет, даже если очень захочет. Документы оформлены безукоризненно: печати, визы, сроки, отметки… Все в полном порядке.
Пока офицер листает страницы и сверяет фотографии с «оригиналами», один из его помощников занимается осмотром кокпита: трогает удилища спиннингов, ворочает только что снятый Михаилом дыхательный аппарат, взвешивает на руке улов — три жирные сардины. Затем подходит к транцу, приподнимает крышку и заглядывает в «гараж» для тендера. И даже принюхивается к остаткам спиртного в пустых бокалах на столике…
Закончив проверку, офицер возвращает паспорта.
— Катер взяли напрокат?
— Да. Вот договор об аренде и документы на право управления, — подает девушка небольшой лист бумаги и пластиковую карточку.
— Мне знакомо это судно, — даже не смотрит на них офицер. — Сколько вас на борту «Миллениума»?
— Пятеро, — четко отвечает девушка, предусмотрительно «вычеркнув» меня из списка команды.
Вытащив из кармана сложенный лист бумаги, он разворачивает его и показывает стоящему ближе всех Устюжанину.
— Вы знаете этого человека?
Прищурившись и посмотрев на фоторобот мужчины, тот уверенно мотает головой:
— Впервые вижу.
В том же духе отвечают и другие члены экипажа.
Офицер кивает помощнику; тот отодвигает стеклянную дверь и приступает к осмотру салона.
В этот момент Жора замечает шесть кофейных чашек, стоящих на салонном столике. Неподалеку находится Марина, а пронырливый филиппинец рыщет в опасной близости к компромату…
Марина перехватывает встревоженный взгляд Устюжанина и замечает шестую чашку. Придвинувшись к столику, она незаметно убирает ее.
— Значит, на борту две женщины и трое мужчин? — продолжает выспрашивать детали офицер.
— Совершенно верно.
— Странно. Вчера, проходя мимо вашего катера, мы насчитали четверых мужчин.
— Действительно странно, — пожимает плечами Георгий. — Экипаж «Миллениума» не менялся с момента выхода из Манилы. Может быть, вам показалось?
— Возможно.
На правах старшего на борту Устюжанин уточняет:
— Офицер, если я не ошибаюсь, для обыска требуется специальное постановление. Или на Филиппинах действуют другие законы?
Сказано это было вовремя, ибо помощник, покончив с осмотром салона, намеревался спуститься вниз. А там были вещи и документы шестого члена экипажа. Надежно спрятать их попросту не успели.
Проглотив замечание, филиппинский офицер окликнул помощника. Оба перебрались на борт патрульного катера. Члены команды «Миллениума» с облегчением вздохнули. Однако визит «гостей» на этом не закончился.
