Дом, стоявший перед ними, был своеобразным и в первые месяцы после постройки, наверное, выглядел весьма впечатляюще – немыслимое нагромождение кубических форм из когда-то ослепительно-белого бетона. Теперь же, полвека спустя, стены потемнели, покрылись плесенью, металлические рамы поржавели – и вся модернистская конструкция казалась кучей картонных ящиков, заброшенных сюда ветром во время грозы. С явной запущенностью дома и дороги к нему резко контрастировал аккуратный газон, украшением которого был фонтан в форме саксофона. В прозрачной чистой воде плавали розовые и белые лилии. А цветочные клумбы вокруг можно было назвать произведением искусства. «Кто-то вкладывает немало труда в этот миниатюрный садик», – подумал
Генри.
Рядом с домом стоял открытый «бентли» тридцатых годов, но в отличном состоянии. Они с Эмми подошли к дому, Генри нажал кнопку звонка, и за дверью раздалась сложная мелодия.
– Все это начинает быть забавным, – хмыкнул Генри.
– По крайней мере, в этом точно что-то есть, – мрачным тоном заметила Эмми.
Они подождали. Но, кроме музыки, ничего не услышали. Генри снова нажал на кнопку.
– Долли! – раздался высокий чистый голос. – Долли, дорогая! Открой дверь! – И через минуту: – А, чтоб тебя!
Послышался стук высоких каблуков на паркете, и дверь распахнула сама леди Балаклава.
– Мои дорогие! – воскликнула она. – Как хорошо, что вы приехали! Генри отметил, что она по-прежнему – очень красивая женщина.
– Вы ведь Генри Тиббет? – продолжала она. – Не так ли? А это – миссисТиббет? Чудесно! Проходите в дом, и я предложу вам великолепный коктейль.
Она посмотрела чуть выше его плеча, Генри повернулся и обнаружил массивную фигуру, идущую к ним по лужайке. На таком расстоянии было трудно различить, женщина это или мужчина.
– Ты звала меня, Крис? – спросила фигура грубоватым голосом. – Что случилось? Леди Балаклава выглядела раздраженной.
– Ну, наконец-то, Долли, ты появилась. Прибыли мистер и миссис Тиббет.
– Вижу, – буркнула Долли.
Генри смог разглядеть лицо, почти скрытое под преувеличенно-густой маской косметики. Долли почесала голову секатором и добавила:
– Так проводи их в дом и дай им чего-нибудь выпить.
– Я думала, что ты откроешь двери, дорогая, – слегка обиделась Кристал.
– Мне надо было опрыскать азалии, – сказала Долли и резко повернулась к гостям: – Я – Дороти Трип, но обычно меня зовут Долли. – Она оскалила зубы в хищной улыбке. – Очень приятно познакомиться, но я должна вернуться к моим азалиям. Увидимся еще. – И тяжело зашагала по газону.
Леди Балаклава вздохнула:
– Долли обворожительна, вы не находите? Мы с ней – очень старые друзья.
Она проводила Тиббетов в большой холл, отделанный белым и черным мрамором. Витая лестница спускалась прямо в центр холла. Здесь был только белый мраморный столик, на котором стоял телефон.
– Чемоданы оставьте тут, – сказала леди Балаклава. – Долли потом отнесет их наверх. Гостиная была тоже в старинном стиле, но очень удобная. Кристал сама приготовила
коктейль в серебряном шейкере, затем налила белую ледяную жидкость в два бокала и критически посмотрела на Эмми.
– Тебе очень пойдет черный цвет, моя дорогая. Полнота будет меньше заметна.
Эмми вовсе не обиделась. Она улыбнулась и сказала, что действительно предпочитает черное, но не в такой теплый вечер.
– В конце концов, – добавила Эмми, – я же не на похороны сюда приехала.
– Конечно, нет, дорогая, – сухо произнесла леди Балаклава и наполнила свой бокал. – Садитесь, и я все объясню. Прежде всего, хочу заметить, что Долли не знает, кто вы такие. Она бесподобна, конечно, но, честно сказать, малость туповата. Она думает, что вы – друзья сэра Бэзила. Полагаю, вы знаете, о ком речь?
– Разумеется, я знаю сэра Бэзила, но не имел чести быть лично с ним знаком, – заметил
Генри.
– А я думала, что он самый главный в Скотланд-Ярде!
– Конечно, главное управление осуществляет общее руководство…
– О, ради Бога! Не мучьте меня этими деталями!
– Мой шеф сказал, что вы просили прислать именно меня. А вдруг мисс Трип тоже знакомо мое имя?
– Ни в коем случае! Долли не читает газет. В принципе. А как зовут вашу жену?
– Эмми.
– Очень красивое имя. Ну, что ж…Вас уже ввели в курс дела?
– Вы думаете, что вас хотят убить?
– Я знаю это, – спокойно ответила Кристал.
– Но почему?..
– С вашего позволения, я выпью еще бокальчик, а затем все объясню. – Кристал снова наполнила бокал, села на кожаный диван и закурила сигарету. – Вы знаете, конечно, кто я такая?
– Миссис Гудверт, урожденная Малтреверс, более известная как баронесса Балаклава. Вдова, – ответил Генри.
– Вы хорошо выучили урок, – усмехнулась Кристал. – Бедный Чарли! Вы не были с ним знакомы, полагаю?
– Боюсь, что нет.
– Все говорили, что я вышла за него из-за денег. И конечно, это совершенная правда. Не смотри на меня так, Эмми. Вас, молодых, очень легко удивить. Но мне надоела нищая аристократия, а Чарли дал мне все.
– Он был крупный промышленник, кажется, – заметил Генри.
